"Джорджетт Хейер. Опасный маскарад" - читать интересную книгу автора

входа, стояла почтовая карета.
Джентльмен легко соскочил с лошади. Он оказался среднего роста, с
хорошей осанкой. Стройные ноги были Обуты в прекрасные сапожки для верховой
езды, изящные руки затянуты в расшитые перчатки.
Гостиница ожила. К фаэтону подбежал конюх; на порог с поклоном вышел
хозяин; гостиничный слуга бросился опускать подножку экипажа.
- Две спальни, для меня и моей сестры, - распорядился джентльмен. - И
обед в отдельную комнату.
Лицо хозяина отражало смятение.
- Спальни, сэр? Сию минуту! Полли, две лучшие спальни и затопить
камины! - Горничная помчалась выполнять приказание. - А вот отдельная
комната... - Хозяин поклонился и развел руки. - Ее только что заказали дама
и джентльмен, которые следуют на север. - Хозяин потупился. - Но они
остановились только пообедать, сэр, и, если ваша честь согласятся пообедать
в столовой... сегодня уже вряд ли кто появится, и вас никто не побеспокоит.
Послышался шелест юбок. Опираясь на плечо слуги, леди вышла из кареты.
"Столовая или что угодно, только бы подальше от сырости!" - воскликнула она
и проследовала в гостиницу в сопровождении своего кавалера.
Новые постояльцы оказались в большой уютной комнате. Стол был накрыт, в
камине пылал огонь. Дверь в дальнем конце комнаты выходила в коридор, откуда
поднималась крутая лестница; боковая дверь вела в распивочную.
Стройная девушка в домашнем чепце принесла еще свечей и склонилась в
реверансе перед леди.
- Если вы позволите, миледи, я возьму ваш плащ. Ваша горничная...
- Увы, она сейчас не со мной, - пробормотала мадам Кэйт. - Отнесите
плащ ко мне в комнату, дитя.
Она откинула капюшон и развязала шнурки на шее. Плащ отдали девушке, и
мадам осталась в платье из голубой тафты с широким кринолином. Кудрявые
светлые волосы были непринужденно убраны en demic toilette, без пудры, их
поддерживала только голубая лента, два завитка свободно падали на плечи.
Горничной леди показалась необычайно красивой, и девушка снова присела в
реверансе.
Брат миледи отдал треуголку своему слуге и принялся высвобождаться из
просторного плаща. Он был почти одного роста с сестрой - быть может, только
немного выше, и очень похож на нее. Более темные, чем у сестры, волосы
стягивала на затылке черная лента; при свечах глаза его казались скорее
серыми, нежели голубыми. Юные щеки, покрытые нежным пушком, вряд ли когда
трогала бритва; но у него были крепкие плечи и решительный, округлый
подбородок. Хозяин, провожая его в столовую, рассыпался в любезностях, ибо
сразу угадал в нем аристократа. Миледи была одета в платье из дорогой ткани,
а мистер Мерриот щеголял в модном камзоле из коричневого бархата с золотым
галуном и брабантским кружевом у воротника и манжет. Красивая пара с
непринужденными манерами. У обоих был насмешливый взгляд, что делало их
очень похожими. Хозяин заговорил о цыпленке и лучшем бургундском, его
предложения тут же были приняты с благосклонностью. Мисс Мерриот уселась у
огня, протянув ножку в туфле к каминной решетке. Каблуки туфель были
красными, а на шелковых чулках красовались причудливо вышитые стрелки.
- Итак, - сказала мисс Мерриот. - Как ты, мой Питер?
- Я не сахарный, чтобы растаять от дождя, - ответил Питер, усаживаясь
на край стола и покачивая ногой, обутой в сапожок.