"Велимир Хлебников. Творения " - читать интересную книгу автора

лучи будущего, брошенные подсознательным "Я" на разумное небо. Ремни,
вырезанные из тени рока, и опутанный ими дух остаются до становления
будущего настоящим, когда воды будущего, где купался разум, высохли и
осталось дно.
Найти, не разрывая круга корней, волшебный камень превращенья всех
славянских слов одно в другое, свободно плавить славянские слова - вот мое
первое отношение к слову. Это самовитое слово вне быта и жизненных польз.
Увидя, что корни лишь призрак"и·, за которыми стоят струны азбуки*, найти
единство вообше мировых языков, построенное из единиц азбуки, - мое второе
отношение к слову. Путь к мировому заумному языку*.
Во время написания заумные слова умирающего Эхнатэна "Манч! Манч!" из
"Ка" вызывали почти боль; я не мог их читать, видя молнию между собой и ими;
теперь они для меня ничто. Отчего - я сам не знаю.
Но когда Давид Бурлюк* писал сердце, через которое едут суровые пушки
будущего, он был прав как толкователь вдохновения: оно - дорога копыта
будущего, его железных подков.
"Ка" писал около недели, "Дети Выдры" - больше года, "Девий бог" - без
малейшей поправки в течение 12 часов письма, с утра до вечера. Курил и пил
крепкий чай. Лихорадочно писал. Привожу эти справки, чтобы показать, как
разнообразны условия творчества.
"Зверинец" написан в Московском зверинце*.
В "Госпоже Ленин" хотел найти "бесконечно малые" художественного слова.
В "Детях Выдры" скрыта разнообразная работа над величинами - игра
количеств за сумраком качеств.
"Девий бог", как не имеюший ни одной поправки, возникший случайно и
внезапно, как волна, выстрел творчества, может служить для изучения безумной
мысли.
Так же внезапно написан "Чертик", походя на быстрый пожар пластов
молчания. Желание "умно", а не заумно понять слово привело к гибели
художественного отношения к слову. Привожу это как предостережение.
Законы времени*, обещание найти которые было написано мною на березе (в
селе Бурмакине*, Ярославской губернии) при известии о Цусиме, собирались 10
лет.
Блестящим успехом* было предсказание, сделанное на несколько лет
раньше, о крушении государства в 1917 году. Конечно, этого мало, чтобы
обратить на них внимание ученого мира.
Заклинаю художников будущего вести точные дневники своего духа:
смотреть на себя как на небо и вести точные записи восхода и захода звезд
своего духа. В этой области у человечества есть лишь один дневник Марии
Башкирцевой* - и больше ничего. Эта духовная нищета знаний о небе
внутреннем - самая яркая черная Фраунгоферова черта* современного
человечества.
Закон кратных отношений во времени струны человечества мыслим для войн,
но его нельзя построить Для мелкого ручья времени отдельной жизни -
отсутствуют опорные точки, нет дневников.
В последнее время перешел к числовому письму*, как художник числа
вечной головы вселенной, так, как я ее вижу, и оттуда, откуда ее вижу. Это
искусство, развивающееся из клочков современных наук, как и обыкновенная
живопись, доступно каждому и осуждено поглотить естественные науки.
Я ясно замечаю в себе спицы повторного колеса и работаю над дневником*,