"Вольфганг Хольбайн. Звездный город Сандары (Властелины космоса II) " - читать интересную книгу автора

Вопрос обрушился на Шерил, прогремел огромным металлическим колоколом в ее
мозгу. Если бы голос даже такой оглушительной силы достиг её слуха
акустическим путем - это не было бы так невыносимо. Надо сказать, что
мужчина за пультом говорил не очень громко и не резко. Но ему и не
требовалось кричать. Электроды на голове Шерил немилосердно прогоняли
каждое его слово через ее мозг с силой, которая разбивала все прочие мысли
и чувства, не оставляя возможности уйти от его вопросов или хотя бы
мысленно найти убежище в каком-нибудь уголке души.
Странно, до сих пор Шерил думала, что ад - это нечто, существующее в
пространстве, реально или метафизической природы; по что ад может состоять
из шорохов, слов, вопросов, ожидания, она никак не предполагала. До
недавнего времени.
- Имя, я сказал! - голос снова неумолимо прогремел в её сознании, и с
такой интенсивностью, что заставил Шерил вздрагивать при каждом отдельном
слове, каждом слоге даже теперь, после долгих, бесконечных часов допроса.
Или прошли уже целые дни?
- Ш... Шерил,
- Полное имя!
Шерил скривила пересохшие, шершавые губы в подобие презрительной ухмылки.
Губы были единственным местом па ее теле, которым она могла свободно
шевелить. Она лежала на спине на своего рода носилках, которые к началу
допроса были поставлены в горизонтальное положение. Ее стройное и,
казалось, совсем разбитое тело и конечности удерживались металлическими
зажимами, которые были настолько узки, что даже малейшее подрагивание мышц
тут же заполняло миллиметровый зазор, имевшийся в ее распоряжении.
Металлический шлем с электродами накрепко приковал её голову к носилкам, в
подобную же броню с такими же электродами был отдельно закован каждый
палец. Она была способна только говорить, а именно это от нее и
требовалось.
Ее настойчивым желанием было хотя бы на минуту закрыть глаза и
погрузиться, пусть на короткое мгновение, в тусклую и спокойную черноту,
укрыться от режущего света, который как пламя горел во всем ее существе.
Но даже эта "роскошь" не была ей дозволена. Специальные зажимы на веках не
позволяли ей закрыть глаза, а чтобы защитить зрачки от высыхания, тот же
прибор выдавал время от времени одну каплю жидкости. Шерил знала, что
только от человека за пультом зависит, сохраниться за нею эта привилегия
или нет. Без этой жидкости она очень скоро бы ослепла. И он знал, что она
понимает это и осознает его власть над ней. А может, - внезапная мысль
обожгла ее - она уже давно слепа, только не чувствует этого!
Вначале, в первые часы допроса, она отчетливо и ясно могла видеть
помещение и человека напротив себя. Сейчас, спустя вечность, ее
единственным оптическим восприятием было режущее глаза море света, которое
питалось тремя ярко горящими "солнцами" и раздражало сетчатку. Но видела
ли она это на самом деле, или то была последняя оптическая картинка,
запечатлевшаяся на сетчатке, которая будет стоять перед её глазами до
конца жизни? Даже если это так, она слишком хорошо запомнила это помещение
и никогда не забудет его. Три ярких "солнца" были не чем иным, как
лампами, которые стояли рядом с пультом и были направлены на нее - простые
излучатели света, собственно, даже не мощные, превратившиеся в источник
невыносимой боли. Само помещение было таким же мрачным и унылым, как все