"Виктория Холт. Изумруды к свадьбе " - читать интересную книгу автора

- Абсолютно!
- Она сейчас выглядит совсем по-другому, нежели раньше, - сказала
Женевьева почти с сожалением. - Давно убрали кости и многое другое. Это
сделали в то время, когда поисками изумрудов занимался еще мой дедушка. И
конечно, искать начинали с камеры забвения. Но пока не нашли. Говорили, что
изумруды выкрали из замка, но я уверена, что они где-то здесь. Мне бы
хотелось, чтобы папа еще раз организовал поиски. Вот было бы здорово, да?
- Я думаю, что искали очень тщательно. Из того, что я прочитала, можно
сделать вывод, что изумруды были украдены восставшими, когда те проникли в
замок.
- Но ведь они так и не добрались до комнаты-сейфа. И все-таки изумруды
исчезли.
- А может быть, их продали еще до Революции? Я просто высказываю свои
предположения... Представьте себе, что кому-то из ваших предков нужны были
деньги и он продал их... и никому об этом не сказал.
Она удивленно посмотрела на меня, а потом воскликнула с энтузиазмом:
- Вы говорили об этом папе?
- Уверена, что ему тоже приходили в голову подобные мысли. Ведь это так
очевидно.
- Но женщина на портрете, над которым вы сейчас работаете, - она же в
этих изумрудах! Так что в то время они были еще здесь.
- Но украшения могли быть подделкой.
- Мадемуазель, никто из де ла Талей никогда не надел бы поддельные
драгоценности!
Я улыбнулась... Вскоре мы подошли к узкой лестнице с неровными
ступеньками.
- Мадемуазель, эта лесенка ведет в нижние помещения замка. Здесь
восемьдесят ступеней. Я их сосчитала. Вы сможете спуститься? Держитесь за
эти веревочные перила.
Я последовала ее совету. Узкая лестница спиралью уходила вниз, и мы
могли идти только друг за другом.
- Вы чувствуете, как повеяло холодом, мадемуазель? Представьте себе,
что вас ведут вниз и вы знаете, что, возможно, больше никогда уже не
выберетесь наверх. Мы уже находимся ниже уровня рва. Именно здесь раньше
держали людей, которые дерзнули оскорбить нас.
Пройдя все восемьдесят ступеней, мы оказались перед тяжелой дубовой
дверью, окованной железом. На ней четко вырисовывались содержащие глубокую
иронию слова: "Входите, дамы и господа, к вашему патрону графу де ла Талю".
- Вы думаете, что это знак доброго гостеприимства, мадемуазель? -
спросила Женевьева с ехидцей, и мне показалось, что сквозь спокойное и
сдержанное выражение лица проглядывает ее второе "я".
Я пожала плечами. Тогда она подошла совсем близко ко мне и зашептала:
- Вот теперь уже все, мадемуазель. Мы больше не у нас. Мы теперь здесь
никогда не бываем. Идите сюда. Посмотрите на эти углубления в стенах. Их
называли клетками. Посмотрите на эти цепи. Людей приковывали цепями, давали
только хлеб и воду. Но никто долго не жил. Видите, как здесь темно даже
сейчас, а когда дверь закрыта, здесь вообще нет света, - ни света, ни
воздуха. Когда мы придем сюда в следующий раз, надо будет принести свечи, а
еще лучше фонарь. Воздух такой спертый. Если бы у нас был фонарь, я бы
показала вам надписи на стенах. Некоторые нацарапали молитвы святым и