"Юрий Яковлевич Яковлев. Письмо Марине (Первые открытия) " - читать интересную книгу автора

от смущения, сказал:
- Приходи на каток.
Он был уверен, что Марина скажет какую-нибудь дерзость. Но она
почему-то сразу согласилась.
- Если хочешь, приду, - сказала она и посмотрела на него серьезными
карими глазами. - Жди меня у входа в семь.
Он пришел на каток в половине седьмого. У него не было часов, и он
боялся опоздать. Он стоял на противоположной стороне и внимательно следил
за входом. Шел крупный бесшумный снег. Горели десятки лампочек. Из всех
лампочек было составлено слово "Каток".
Веселая музыка наполняла его сердце тревогой. Несколько раз ему
чудилось, что идет Марина. А это оказывались другие, незнакомые девчонки.
И каждый раз, когда он ошибался, ему становилось неловко.
Он ждал долго, и ему уже начинало казаться, что Марина не придет.
Наконец он увидел, как она подошла к ярко освещенному входу. Он не
бросился к ней навстречу, а спрятался за уступом дома и стал смотреть на
нее. Она поворачивала голову то вправо, то влево:
искала его глазами. А он все медлил, все не решался выйти из своего
укрытия. "Еще минутку! Еще минутку!" - шептал он сам себе.
И все тянул время.
Марина отвернула краешек мехового рукава своей шубки и посмотрела на
часы. Потом она еще немного потопталась на месте и пошла на каток. А он
все стоял и смотрел. Когда Марина ушла, сердце его сжалось, и ему
неудержимо захотелось догнать ее. Но он не мог пошевельнуться. Так и стоял
в своем укрытии.
Он презирает себя за малодушие. И ему хочется написать Марине, что он
был у входа на каток. Пусть она не думает, что он забыл или у него
появились более важные дела.
Он вдруг почувствовал, что у него замерзли босые ноги. Самому было
жарко, а ноги замерзли. Он встал со стула. Дверь была приоткрыта. В
широкую дверь вошел солнечный луч и расстелил по полу светлую дорожку.
Весь пол был прохладным, а солнечная дорожка - теплая. Он стал ходить по
ней и греть ноги. Ему хотелось уйти по этой солнечной дорожке от своих
тяжелых дум и от недописанного письма.
Но он заставил себя вернуться к столу.
После случая с катком Марина перестала его замечать. Он решил, что она
никогда в жизни не простит ему обмана и не заговорит с ним. И от этого он
чувствовал себя несчастным. Но однажды Марина подошла к нему и как ни в
чем не бывало сказала:
- Завтра все идут в кино. Ты пойдешь?
- Пойду, - пробурчал он, краснея от неожиданности.
- Давай сядем рядом?
Он поднял глаза на Марину, и у него перехватило дыхание. Ее карие глаза
светились. Они все прощали. Они были заполнены тихой, необъяснимой
радостью. Он смотрел в них и от неожиданности не мог произнести ни слова.
- Сядем рядом? - повторила Марина.
- Да, - выпалил он.
Он ничего не мог понять.
В эти дни в городе начала хозяйничать весна. Она, видимо, не любила
белый цвет и решительно перекрашивала город на свой лад.