"Лазарь Кармен. Человек в сорном ящике " - читать интересную книгу автора

приютской койки.
В ящике было куда лучше. Тело тонуло в отбросах, как в пуховиках, и
Тряпка в истоме потягивался, свободно дыша и не чувствуя зловонных газов,
плывших над ним в полуаршинном пространстве от крышки.
Лежит он, бывало, в ящике зимою и, как кот, потягивается. А за ящиком
зверем лютым мечет пурга. Она треплет пакгаузы и эстакаду, кроет снегом
набережную и всех тех, у кого не хватило четырех копеек на "хату" *.
______________
* На ночлег. (Прим. автора.)

Тряпка с первой же ночи, проведенной в отбросах, объявил окончательную
войну чистоте, приюту, всем людским толкам, плюнул на всех и переселился в
ящик.
И он поступил совершенно логично. Он рассуждал так: "В ящике - гниль,
сор, черви, а в приюте этого добра еще больше. Если в приюте червей нет, то
штифты (паразиты) есть. Штифт стоит червя. В приюте за то, что штифты тянут
у тебя соки, плати четыре копейки. Хоть тресни, не возьмут меньше. А тут, в
ящике, если черви из тебя тянут соки, то никто платы с тебя не требует.
Дальше: в приюте почитай каждую ночь облава. Поднимут тебя с койки и давай
пытать. Кто ты? Какого звания? Откуда? Где документ? Душу вымотают - и
ступай этапом. А в ящике этого нет. Кто в ящик заглянет?"
Рассуждая так, он стал устраиваться в новой ночлежке, как у себя дома.
Сперва, чтобы не продувало, он забил все щели паклей, выстелил потолок
сахарной бумагой и рогожей и стал поодиночке выживать собак, кур и кошек.
Этих выжить удалось скоро, но не то было с крысами. Крысы оказались
злыми, зубастыми, и между ними и Тряпкой завязалась глухая и упорная борьба,
длившаяся месяц.
Часто ночью он нащупывал у себя на груди крысу.
Злая, взъерошенная, с оскаленными зубами, она готовилась прыгнуть и
прокусить ему горло.
И он выжидал.
Несколько секунд человек и животное, спорящие из-за ужасной норы,
глядели друг на друга горящими глазами, выжидали момента, и вдруг Тряпка
вытягивал руку. Два пальца его - средний и указательный - клещами стискивали
крысе горло.
Крыса меж пальцев хрипела, кусалась, царапалась, и, когда она
околевала, Тряпка, весь потный от этой борьбы, ловко подбрасывал ногой
кверху крышку, и дохлая крыса вылетала за борт из ящика.
Тряпка таким образом передушил всех крыс, пострадав при этом одним
пальцем и куском уха, и с тех пор вздохнул свободнее. Он стал единственным
хозяином этого ящика.
И потянулись для него блаженные дни и ночи.
Он, можно сказать, весь день спал. Работал он мало. Разве на полчасика
сорвется, тут-там настреляет с возов два-три пудика кардифа или антрацита,
отвинтит у рельс с полдюжины гаек, нащиплет в агентстве из кип хлопок и все
это сплавит торговке.
Он добудет потом на вырученные деньги водку, напьется и вползет назад в
ящик.
Весна ли на дворе, зима, осень, лето - все равно ему. Он захлопнет
крышку, так как не выносит света, солнца и мелькающих в облаках чаек. Он