"Лазарь Кармен. Мурзик" - читать интересную книгу автора

Лазарь Кармен

Мурзик

Только на третий день, после того, как страсти в порту и городе
улеглись, Крыса отважился высунуть из своей ховиры лохматую голову. Ховирой
его было небольшое углубление в куче из старых рогож, клепок и битой
черепицы за таможней на Карантинной гавани. Он забился туда, как только
сверху, с бульвара, после первых звуков подозрительного рожка посыпались
наподобие дроби сперва робкие, редкие, а затем все более и более частые
выстрелы - тра-та-та-та, и когда пал на его глазах Ваня Недорезанный.
Выстрелы эти посыпались неожиданно, в самом разгаре вакханалии, когда
тысячи людей, не стесняемых никакой силой, ничьей железной рукой, опьяненных
точно с неба свалившейся свободой, точно сорвавшись с цепи - старой,
короткой, заржавленной, - разносили громадные пакгаузы, похожие на крепости,
разбивали бочки, ящики и предавали все огню.
Это была дикая картина. Все кругом пылало, даже вода, по которой
плавали обломки бочек и ящиков и большие круги разлитого масла, нефти и
керосина. Яркое пламя со странным клекотом, шипеньем и свистом кружилось над
портом, и в этом пламени, как демоны, метались с искаженными злорадным
торжеством и ненавистью лицами красные люди с длинными колеблющимися
факелами в руках. Тут, там на возвышениях стояли молодые люди - юноши и
девушки и говорили что-то страстно толпе, отчего та пьянела еще больше.
Воздух стонал от звука разбиваемых бочек, ящиков, тысяч разнообразных
голосов и громового "уррра!". Горящая эстакада плавилась, и проложенные по
ее полотну рельсы, накаленные добела, корчились, извивались, как живые змеи.
Но когда в эту адскую симфонию вплелись новые, совершенно незнакомые
звуки сыплющейся дроби, в многотысячной бушующей толпе из портовых босяков,
городской черни и "чистой публики" точно что-то порвалось. Но только
немногие повернули свои красные, как медь, лица - не то полуиспуганно, не то
полувопросительно - кверху. Остальные же не обратили на эти чуждые им звуки
никакого внимания. Они или не поняли значения их, или не могли понять, так
как всецело находились во власти глубоко засевшего в них демона разрушения и
продолжали предаваться вакханалии - жгли, разносили, грабили.
Были и такие, которые не поняли их по той простой причине, что были
невменяемы. Они влили в себя пропасть разных вин и валялись без чувств,
сжимая в руках бутылки и обняв бочки.
Крыса, будучи трезв, также повернул лицо кверху, и то, что он увидал,
заставило его вздрогнуть. Сквозь багровую завесу, там, высоко над портом,
над обрывом, поросшим травой и мелким кустарником, на бульваре он увидал
колеблющуюся массу рыжих лошадей, красные лампасы и прямые линии игл,
сверкавших, как молнии. Иглы эти словно пронизывали порт, и меж ними мягко и
любовно вились светло-розовые клубки дыма.
Крыса все понял.
Он в то время стоял рядом с известным всему порту стрелком
Недорезанным.
Он встретил его за пять минут до этого. Недорезанный был сильно
навеселе и, как рождественский дед, увешан и нагружен всяким добром. Через
плечо у него висели наподобие хомута несколько связок сушеных грибов, из
карманов грязного пальто выглядывали коробка с финиками, пачка листового