"Вениамин Каверин. Два капитана" - читать интересную книгу автора

Тетя Даша взволнованно зашептала, зашептала, вскочила, уронив стул,
и, как вчера, содрала с головы платок.
- Земля имеется?
- Имею землю, ограниченную в пределах забора.
Тетя Даша шептала все громче.
- Не продается! - вдруг закричала она. - Не продажный этот дом!
Уходите! Сковородников с хитрым выражением закрыл один глаз.
- Ты хозяин? - вдруг быстро спросил его человек в парусиновом пальто.
- Я.
- Так что же - продаешь, нет?
- Вот, говорят - не продается, - самодовольно сказал Сковородников и
захохотал.
Петька был при этой сцене. Он стоял на пороге кухни и презрительно
усмехался. Я ничего не понимал. Но вскоре все разъяснилось.



Глава одиннадцатая. РАЗГОВОР С ПЕТЬКОЙ


Еще сидя над "попиндикулярными" палочками, я задумал удрать. Недаром
рисовал я над забором солнце, птиц, облака! Потом я забыл эту мысль. Но с
каждым днем мне все трудней становилось возвращаться домой.
С матерью я почти не встречался. Она уходила, когда я еще спал.
Иногда, просыпаясь по ночам, я видел ее за столом. Белая, как мел, от
усталости, она медленно ела, и даже Гаер немного робел, встречаясь с ее
черными из подлобья глазами.
Сестру я очень любил. Но уж лучше бы я и ее не любил. Я помню, как
этот подлец Гаер избил ее до полусмерти за то, что она пролила рюмку
постного масла. Ее прогнали из-за стола, но я тайком принес ей картошки.
Она ела ее и горько плакала и вдруг спохватилась - не потеряла ли она свои
цветные стеклышки, когда ее били. Стеклышки нашлись. Она засмеялась, доела
картошку и снова начала плакать...
Должно быть, уже приближалась осень, потому что мы с Петькой бродили
по Соборному саду и подкидывали босыми ногами листья. Петька врал, будто
старинный, прикрытый горкой подкоп, на котором мы сидели, ведет из сада на
тот берег реки под водой и будто Петька один раз дошел до середины.
- Всю ночь шел, - небрежно сказал Петька. - Там скелеты на каждом
шагу
С горки был виден на высоком берегу Покровский монастырь, белый,
окруженный невысокими крытыми стенами, за ним - луга, то светло-зеленые,
то желтые, под ветром менявшие цвета, как море.
Но тогда мы с Петькой очень мало думали о красоте природы. Мы лежали
на горке вниз животами и сосали какие-то горькие корешки, про которые
Петька говорил, что они сладкие.
Помнится, разговор начался с крыс: живут ли в подкопе крысы? Петька
сказал, что живут, сам видел, и что у крыс, как у пчел, бывает
царица-матка.
- Они в високосный год все передохнут, - добавил он, - а царица опять
наплодит. Она громадная, как зайчиха.