"Александр Казанцев. Гость Бастилии (сб. "Дар Каиссы")" - читать интересную книгу автора

несколько лет после революции. Но триста лет назад ее стены возвышались в
центре тогдашнего Парижа. Но я несколько отвлекся, тем более что в Париже
в то время было немало и других монастырских стен, близ которых обычно
происходили запрещенные в описываемое время дуэли.
В тот день, вернее утро, к одной из таких монастырских стен подъехал
верхом грузный всадник в черном плаще и черной шляпе, надвинутой на глаза.


В МОНАСТЫРЕ


Всадник завернул за угол, чтобы постучать в монастырские ворота, но
внезапно трое пеших гвардейцев кардинала преградили ему путь. Всадник не
внял грозному окрику и направил коня на гвардейца, тесня его.
Тот обнажил шпагу:
- Не угодно ли спешиться, сударь?
- Зачем? - буркнул всадник, не осаживая коня.
- Чтобы следовать за нами, - ухватился за стремя гвардеец.
- По какому праву?
- Именем его высокопреосвященства господина кардинала.
- Кто это высоким именем останавливает проезжих путников, как разбойник
на большой дороге? - послышался громкий голос.
Всадник увидел трех спешащих к нему мушкетеров.
- Что мы видим, господа гвардейцы? - продолжал тот /ке голос,
принадлежащий первому из мушкетеров, - трое против одного? Это не
благородно. Если вы немедленно не сочтете возможным принести извинения
остановленному вами господину, мы предложим вам иное соотношение сил: трое
против троих. Так вам будет угодно?
- Вы опять затеваете, господа мушкетеры, запрещенные его величеством и
его высокопреосвященством поединки? Мы находимся при исполнении служебных
обязанностей, выполняя приказ, и никто не имеет права нам мешать.
- Полноте, господин гвардеец! - продолжал задиристый мушкетер. - Разве
можно помешать в чем-нибудь безнадежным бездельникам?
- Вы ответите за свои слова перед его высокопреосвященством.
- Простите, почтенный гвардеец, но я не вижу здесь его
высокопреосвященства, перед которым должен отвечать.
- Мы доставим вас к нему, не беспокойтесь.
- Очень интересно, какой способ вы выберете для этого?
- Если вам угодно, господин мушкетер, то носилки, на которых переносят
раненых или убитых.
Всадник не стал ждать конца препирательствам и подъехал к воротам.
Привратник, увидев его в щелеобразное оконце, потребовал назвать пароль.
Со стороны доносились уже не изящные ругательства, а звон шпаг.
Очевидно, гвардейцы продолжали выяснять отношения с мушкетерами, которые
помешали им задержать всадника, действуя, как всегда, против гвардейцев
кардинала по принципу: "Что хорошо его высокопреосвященству, может не
понравиться королю".
- Пароль! - потребовал еще раз привратник в рясе.
- "Мыслю - эрго существую", - произнес всадник и исчез за монастырскими
воротами, крикнув слуге: