"Гарри Кемельман. Пятница, когда раввин заспался " - читать интересную книгу автора

родителю? - Шестидесятипятилетний Вассерман был едва ли не самым старшим
членом конгрегации и говорил с каким-то странным акцентом. Слова-то он
произносил правильно, но было заметно, что это требует немалых усилий.
Заметив колебания Шварца, старик добавил: - К тому же, у меня сегодня тоже
Кадиш.
- Ладно, Яков, - ответил Шварц, - хватит давить на чувства. Так и
быть, останусь. - Он даже усмехнулся.
Но Вассерман ещё не иссяк.
- И чего ты взъелся на Эйба Райха? - спросил он. - Я слышал, как ты
поносил его. А ведь вы были хорошими друзьями.
- Что ж, скажу тебе, почему, - более чем охотно ответил Шварц. - На
прошлой неделе...
Вассерман поднял руку, призывая Бена к молчанию.
- Та история с автомобилем? Я уже наслышан. Если ты считаешь, что
Райх должен тебе деньги, подай на него в суд, и дело с концом.
- Не пойду я в суд с таким пустяком.
- Тогда найдите другой способ сгладить свои трения. Но в храме не
должно быть двух почтенных прихожан, не желающих стоять в одном миньяне
друг с другом. Это позор.
- Послушай, Яков...
- Ты когда-нибудь задумывался о роли храма в нашей общине? Где, как
не под его сенью, улаживать евреям свои разногласия? - Вассерман кивком
подозвал раввина. - Я тут пытаюсь втолковать Бену, что храм - место
священное, и все приходящие сюда евреи должны пребывать в мире друг с
другом. Сглаживать здесь свои трения. Может быть, в этом качестве храм ещё
важнее, чем просто как место для молитвы. А вы что думаете?
Молодой раввин растерянно посмотрел сначала на Вассермана, затем - на
Шварца, и зарделся.
- Боюсь, что не смогу с вами согласиться, мистер Вассерман, - сказал
он. - Храм не есть священное место в полном смысле слова. Разумеется,
изначально так и было, но потом многое изменилось, и общинная синагога
вроде нашей, по сути дела, превратилась в обычное здание. Здесь собираются,
чтобы молиться и учиться, и, я полагаю, она священна ровно настолько,
насколько священно любое место, где люди сообща возносят молитвы. Но
улаживать разногласия, по нашему обычаю, должен не храм, а раввин.
Шварц промолчал. По его мнению, молодой раввин вышел за рамки
приличий, осмелившись открыто противоречить президенту храма. В конце
концов, Вассерман - начальник раввина, не говоря уже о том, что годится ему
в отцы. Но Яков, похоже, не обиделся. Кажется, он даже был доволен. Его
глаза блеснули.
- Что же вы предлагаете, рабби? Как быть, если двое прихожан
перегрызутся между собой?
Дэвид Смолл тускло улыбнулся.
- Э... ну... несколько десятилетий назад я предложил бы созвать Дин
Тора.
- Что это такое? - спросил Шварц.
- Своего рода судебные слушания, - пояснил Смолл. - Кстати,
судейство - одна из главных обязанностей раввина. В былые времена в
европейских гетто раввинов нанимали не синагоги, а городские власти. И
нанимали не столько затем, чтобы возглавлять молебствия, сколько для