"Александр Хургин. Страна Австралия (сборник)" - читать интересную книгу автора

Александр Хургин.

Страна Австралия

Copyright Alexander Khurgin
Home page: http://www.khurgin.liter.net
Email: [email protected]
Издание библиотека ВЛД-пресс, Днепропетровск, 1997г.



СОДЕРЖАНИЕ

Рассказы
Человек по имени Петрищев
Окна на юг
Ни с того ни с сего

Повести
Страна Австралия
Остеохондроз


ЧЕЛОВЕК ПО ИМЕНИ ПЕТРИЩЕВ

Было уже довольно поздно, когда человек по имении Петрищев понял, что
ему необходимо восстановить утерянную связь с миром. Правда, как это
сделать, он не понял. Потому что связь была утеряна не только с внешним
миром, но и с внутренним. В общем, расстройство в себе и вовне человек по
имени Петрищев ощущал всеми без исключения фибрами своей усталой и, может
быть, даже больной души. То есть говорить о себе, что у него больная душа, а
сам он, значит, душевнобольной, Петрищев, конечно, не стал бы. Да и кто о
себе станет такое говорить без особой какой-либо надобности или цели? Но
душа у него побаливала давно и ощутимо. Это он чувствовал, так как трудно не
чувствовать боль. И вот он понял, что нужно делать. Наверное, темнота,
надвинувшейся на город ночи способствовала тому, что понимание пришло к
Петрищеву. А может быть, дело не в темноте, а в тишине. Тишина на многих
людей действует завораживающе. А на Петрищева она действовала не просто
завораживающе, но завораживающе в отрицательном смысле слова. И это
объясняется легко. А именно тем, что тишины в жизни Петрищева было больше,
чем требуется нормально живущему человеку для восстановления душевных и
физических сил, растраченных при свете дня, а также для раздумий,
сосредоточения и погружения в себя. А тишина в сочетании с темнотой на
протяжении длительного времени и вовсе имела на психику Петрищева пагубное
влияние. Вызывалось это влияние тем, что не с кем было ему - Петрищеву - по
вечерам поговорить при свете ламп с откровением, а с кошкой говорить было
можно, но недолго, потому что она слушать слушала внимательно и терпеливо, а
отвечать не отвечала и уходила, если слушать ей надоедало, без зазрения
совести по-английски. Да и свет ей был ни к чему. Она и в темноте прекрасно
все видела. Ходила же кошка Петрищева на мягких лапах совершенно бесшумно и