"Роман Николаевич Ким. Тетрадь, найденная в Сунчоне " - читать интересную книгу автора

выйти к корейско-манчжурской границе на всем ее протяжении. Главный удар
был нанесен из районов севернее Анчжу и Токчена, где были сосредоточены 1-й
и 9-й американские корпуса. Бои начались по всей линии северо-западного и
восточного фронтов Кореи.
Всем партизанским отрядам, находившимся в тылу интервентов, было
приказано начать активные операции согласно плану, намеченному Главным
командованием Народной армии.
Отряд, действовавший в горах южнее Чанрима, получил приказ: ударить по
тылам 8-й американской армии, перерезать ее коммуникации и вызвать
переполох в прифронтовой полосе врага.
Получив этот приказ, отряд сразу же двинулся строго на запад. В пути
партизаны истребляли все неприятельские заставы и караулы, обстреляли и
уничтожили несколько десятков машин с американцами.
Двадцать шестого ноября около четырех часов пополудни партизаны
ворвались тремя группами в город Сунчон, где находился штаб 1-го
американского корпуса.
Интервенты никак не ожидали удара с этой стороны. В городе поднялась
паника. Большая часть американцев и лисынмановцев сейчас же удрала из
города. Но часть лисынмановцев, засевшая на территории химического завода
около вокзала, стала обстреливать центральные кварталы города, где еще
находились американцы. В разгар перестрелки налетели двухфюзеляжные "Ф-82"
и начали с бреющего полета поливать из пулеметов по своим, а после
штурмовиков появились легкие бомбардировщики "Б-26". На ракеты и прочие
сигналы, подаваемые американцами и лисынмановцами, летчики не обращали
никакого внимания, считая их "очередной хитростью корейских коммунистов".
Как только кончилась бомбежка, партизаны пошли в атаку и быстро
очистили город от врага.
Штаб отряда обосновался в здании вокзала, построенном еще при японцах.
С вокзальной платформы открывался вид на город, лежащий на склонах
возвышенности. Большая часть его пылала. Судя по цвету пламени -
киноварного оттенка, - город был подожжен бомбами с начинкой из сгущенного
бензина - напалма. Между двумя огненными столбами чернела островерхая крыша
христианской церкви.
На площадь перед вокзалом прибывали один за другим захваченные
грузовики и джипы, нагруженные трофеями. Привели несколько пленных
американских офицеров, у всех были нарукавные знаки 2-й дивизии: на щите -
звезда, в центре ее - голова индейца.
В диспетчерскую, где на столе с телефонами сидел командир отделения Ан
Пен Хак и перевязывал руку, вбежала Юн Ок Тан - до войны студентка-биолог,
ныне переводчица при штабе. Она проговорила: "Скорей, скорей!" - и
выскочила из комнаты.
Пен Хак был в трофейном обмундировании - в широченной брезентовой
тужурке, подбитой козьим мехом, в меховых сапогах, с кольтом в деревянной
кобуре, с карабином за спиной и вдобавок с наспех забинтованной рукой,
пробитой насквозь двумя пулями. Бежать в таком виде за Ок Тан было трудно.
Он влез в джип, совсем задыхаясь. Ок Тан правила машиной, как заправский
шофер. Она развила свою обычную скорость, которую называла "скорость
спринтера".
По дороге Пен Хак узнал, что, по словам одного из пленных, в здании
рядом с методистским молитвенным домом помещались контрразведка и еще