"Кен Кизи. Порою нестерпимо хочется... (роман)" - читать интересную книгу автора

течений под гладкой поверхностью.
По ее северному берегу пролегает шоссе, по южному - горный кряж. На
расстоянии десяти миль через нее нет ни одного моста. И все же на том,
южном, берегу, словно нахохлившаяся птица, сурово восседающая в своем
гнезде, высится старинный деревянный двухэтажный дом, покоящийся на
переплетении металлических балок, укрепленных песком, глиной и бревнами.
Смотри...
По оконным стеклам бегут потоки дождя. Дождь пронизывает облако желтого
дыма, который струится из замшелой трубы в низко нависшее небо. Небо темнеет
от дыма, дым светлеет, растворяясь в небе. А за домом, на волосатой кромке
горного склона, ветер смешивает все оттенки, и кажется, что уже сам склон
струится вверх темно-зеленым дымом.
На голом пространстве берега между домом, и бормочущей рекой взад и
вперед носится свора гончих, завывая от холода и бессилия, воя и тявкая на
какой-то предмет, который то ныряет, то снова появляется на поверхности
воды, но вне их досягаемости - он привязан к концу лески, которая тянется
из окна второго этажа.
Подтягивается, делает паузу и медленно опускается под проливным дождем
- это Рука, обвязанная за кисть (видишь - просто человеческая рука); вот
она опустилась вниз, туда, где невидимый танцор выделывает замысловатые
пируэты для изумленной публики (просто рука мелькает над водой)... Для
лающих собак, для мерцающего дождя, дыма, дома, деревьев и людей,
собравшихся на берегу и дерущих глотки: "Стампер! Черт бы тебя побрал, Хэнк
Стамммпер!"
Да и для всех остальных, кому не лень смотреть.

С востока, там, где шоссе проходит через горный перевал, где шумят и
плещут ручьи и речушки, по дороге из Юджина к побережью следует президент
профсоюза Джонатан Бэйли Дрэгер. Он пребывает в каком-то странном состоянии
- в основном, как ему кажется, из-за гриппа, который он подхватил, -
ощущение раздвоенности соединяется с удивительно ясной головой. Впрочем, и
предстоящий день вызывает у него противоречивые чувства: с одной стороны, он
радуется тому, что уже скоро ему удастся выбраться из этого грязного болота,
а с другой стороны, его приводит в уныние благотворительный обед, в котором
он должен участвовать вместе с официальным представителем Ваконды Флойдом
Ивенрайтом. Ничего веселого он от него не ожидал - те несколько раз, что он
встречался с Ивенрайтом по поводу всей этой истории со Стампером, не
доставили ему никакого удовольствия. И все равно он был в хорошем
расположении духа: сегодня они покончат со Стампером, да и со всеми делами
по Северо-Западу, и он не скоро должен будет к ним вернуться. Уже завтра он
сможет двинуться к югу и подлечить свою чертову простуду витамином D в
Калифорнии. Всегда его здесь преследуют простуды. И коленки болят. Сырость.
Неудивительно, что здесь каждый месяц пара-тройка людей отправляется на тот
свет - или тонут, или просто сгнивают заживо.
И все же, несмотря на этот непрекращающийся дождь, - он скользит
взглядом по плывущему за окном пейзажу - эта местность не лишена
привлекательности. Что-то в ней есть покойное, приятное, естественное.
Конечно, Господь свидетель, хуже, чем в Калифорнии, но погода здесь
несравнимо лучше, чем на Востоке или Среднем Западе. И земля здесь щедрая. И
это тягучее и гармоничное индейское название: Ваконда* Ауга.