"Владимир Клименко. Укрощение пишущей машинки" - читать интересную книгу автора

новенькая клавиатура и дальше сопротивляться покупке у меня просто не
стало сил. К тому же, на элегантно-серой панели и впрямь значилось
известное всей пишущей братии название - "Эрика".
Но какой-то червячок сомнения все еще продолжал шевелиться в моей
душе, хотя сам про себя я уже решил, что куплю машинку обязательно,
поэтому неуверенно произнес:
- Так-то, на первый взгляд, вещь красивая, только вот как печатать
будет?
- Печатает лучше, чем выглядит, - уверенно заявил друг, и в
подтверждение своих слов быстро отстукал какой-то свой специальный
химический текст.
Машинка легко зацокала литерами по бумаге, и я смог убедиться, что и
шрифт у нее прекрасный. Как раз такой, о котором я мечтал.
Я отдал другу требуемую сумму для передачи члену-корреспонденту и
остался с глазу на глаз со своим приобретением.
Мне страшно хотелось опробовать мою новую машинку. Кстати, для этого
был повод: на следующий день в издательстве ждали рукопись моего рассказа.
Поэтому, не откладывая дело в долгий ящик, я немедленно сел за работу.
Рассказ был про приключения отважных разведчиков космоса на далекой
планете. От неумения быстро печатать провозился я с этой рукописью
неожиданно долго и закончил далеко за полночь. Копирка то и дело косо
вылезала из-под белых страниц, два листка пришлось переделывать заново,
так как не выходил второй экземпляр, а один раз я и вовсе перевернул
копирку обратной стороной и вместо нормальных копий остались чистые листы,
зато на первом экземпляре текст отпечатался сразу с двух сторон.
Короче, перечитывать напечатанное было некогда. Утром тоже
образовались неотложные дела и я потащил рукопись в издательство
невычитанной.
Извиняясь перед своим очень интеллигентным редактором Аркадием
Борисовичем за возможные ошибки и опечатки, я пересказал ему вкратце
историю приобретения машинки. Глядя на меня из-за криво сидящих на
переносице очков, Аркадий Борисович вежливо посочувствовал и в конце
концов сказал:
- Э-э, не думаю, что не смогу разобраться в вашем тексте. Я ведь, вы
знаете, специализируюсь на фантастике, а там, э-э, всякое бывает.
Упорхнул я из издательства в полной уверенности, что все мною сделано
правильно, а главное в срок. В этом счастливом неведении я пребывал два
дня, а потом раздался долгий телефонный звонок.
- Э-э, - услышал я, сняв трубку. - Что же вы мне это за рассказ
принесли? Признаться, э-э, я ничего не понял.
- Как так! - удивился я. - Такой простой понятный рассказ. Про
отважных космонавтов.
- М-мм, космонавты действительно в рассказе присутствуют, -
согласился со мной интеллигентный Аркадий Борисович. - Только, знаете ли,
как-то странно развиваются события. Вот, например, что вы хотели сказать
фразой: "Если внести в пламя кристаллы поваренной соли, то они трещат, так
как малые количества воды, заключенные в промежутках кристалла, при
нагревании с треском разрывают кристаллы соли, пламя же окрашивается в
яркий желтый цвет"?
- Что?! - неинтеллигентно закричал я. - Я ничего такого не писал.