"Сидони-Габриель Колетт. Кошка" - читать интересную книгу автора

Сидони-Габриель Колетт

Кошка

(пер. Олег Иванович Пичугин)


К десяти часам участники семейного покера начали выказывать признаки
утомления. Камилла боролась с усталостью, как борются с ней в девятнадцать
лет: то встряхиваясь и вновь обретая свежесть и ясность, то начиная вдруг
зевать, прикрывшись сплетенными пальцами, - и тут лицо ее сразу бледнело,
подбородок белел, на щеках проступали под слоем охристой пудры черноватые
тени, а на глазах выступали слезинки.
- Камилла, тебе пора в постель!
- Но ведь только десять часов, мама! Кто же ложится спать в десять
часов?
Она взглядом искала поддержки у жениха, обмякшего в кресле.
- Оставьте их! - послышался голос другой матери. - Им еще неделю ждать.
Какое уж тут благоразумие?
- Вот именно! Часом больше, часом меньше... Камилла, отправляйся-ка в
постель! Да и нам пора.
- Еще неделя! - ахнула Камилла. - Ну да, ведь сегодня понедельник.
Совсем вон из головы! Ален, иди сюда! Иди!..
Она швырнула сигарету в сад, закурила другую, разобрала и перетасовала
брошенные на столе карты, разложила их по правилам кабалистического
искусства.
- Сейчас узнаем, получим ли мы чудненький детский родстер до брачной
церемонии. Гляди, Ален! Сам объявился, а заодно - дальняя дорога и важное
известие...
- Кто объявился?
- Да родстер, кто ж еще?
Не отрывая затылка от спинки кресла, Ален повернул голову к распахнутой
стеклянной двери, откуда наносило сладким духом шпината и подсыхающей
травы, - днем подстригали лужайки. К этим запахам примешивалось медвяное
благоухание расцветшей жимолости, мостящейся по стволу высокого усохшего
дерева. Тонкое позвякивание известило о том, что старый Эмиль вносит
трясущимися руками поднос с сиропами и охлажденной водой, подававшимися к
десяти часам. Камилла поднялась и начала приготавливать напитки.
Последним она с заговорщицким видом подала запотевший стаканчик с
питьем своему жениху. Камилла глядела, как он пьет, и, увидев прижатые к
стакану губы, ощутила внезапное волнение. Однако он так устал, что не
пожелал разделить ее смятение, а лишь слегка пожал ее белые пальцы с
красными ногтями, забиравшие опорожненный стаканчик.
- Завтра обедаешь у нас? - вполголоса спросила она.
- Спроси карты.
Камилла отступила, скроила шутовскую рожицу:
- Не выдержать двадцать четыре часа! Терпеть при этом скрещенные
ножи,[1] дырявые монетки,[2] звуковое кино, Боже мой...
- Камилла!
- Прости, мама... Но над этим не шутят! Гадание на сутки. Славный