"Михаил Павлович Коршунов. Я слушаю детство (Повесть) " - читать интересную книгу автора

заменяет окно. Вижу березы и сосны. Прилетает ветер, раскачивает пустое
осиное гнездо возле дымохода.
Если ветер пытается закрыть дверцу, я подпираю ее планкой, которую
специально держу под рукой. Часто по крыше ходят птицы, царапают крышу
лапами.
Сквозь щели в досках солнце простреливает чердак из конца в конец
длинными полосами.
Рано утром эти полосы светло-желтые, почти белые. К вечеру -
темно-желтые, почти красные.
Иногда я хожу вдоль чердака, но очень осторожно, чтобы "не крошились
потолки и не растаптывались по квартире".
Для этого проложил доски. Они как тропинки. Вот и хожу по ним
осторожно. Пересекаю солнечные полосы - светло-желтые или темно-красные,
думаю о своем.
Здесь на чердаке думается особенно хорошо и мечтается особенно
хорошо. Может быть, потому, что впервые поднялся сюда еще в детстве.
Поднялся за своим счастьем. И нашел его. Только не завернутое в
тряпку и спрятанное под крышей, а совсем другое, в котором тоже никогда не
кончаются тайны и поиски.


3

Со мной в доме живут ребята, соседи - Вова и Максим. Вова помладше,
Максим постарше - осенью пойдет в первый класс.
Вову еще зовут "Сыроёжка". Это потому, что когда Вова находит
какой-нибудь гриб, любой, он кричит:
- Сыроёжку нашел!
Так для всей нашей улицы Вова стал Сыроёжкой.
У Максима и Сыроёжки своя жизнь, свои интересы, заботы, свои слова.
Отсюда, с чердака, мне очень удобно наблюдать и слушать Максима и
Сыроёжку. И почему-то ребята, их разговоры не мешают мне, а даже дополняют
то, что делаю. Они - как солнечные полосы в моей взрослости, в моей
работе.
- Узнай, что я держу в руке? - спрашивает Сыроёжка Максима.
- Яблоко, - отвечает Максим.
Я кладу ручку, прислушиваюсь.
- Нет, - говорит Сыроёжка. - Не яблоко.
- Орех?
- Нет.
- Шишку?
- Нет.
- Цветок?
- Нет.
Я тоже начинаю думать, что же такое в руке у Сыроёжки.
- Палка? - продолжает допытываться Максим.
- Нет.
- Мяч?
- Нет.
Максим теряет терпение. Я слышу это.