"Сергей Ковалев. Тапер" - читать интересную книгу автора

мальчик лет десяти, в клетчатой рубашке и шортах. Со скрипкой.
Он тогда везде ходил с ней - с утра, потому что после музыкалки нужно
было сразу бежать в школу "нормальную", вечером - потому что после уроков
убегал заниматься в парк. В самый глухой его уголок, где посреди поляны
зарастали травой останки гипсовой беседки. Здесь он мог часами работать на
своей простенькой скрипке, изготовленной неким уральским заводом с
немыслимым названием "Госплитфанерамузинструмент".
Поначалу это было вынужденное бегство - стоило ему лишь тронуть смычком
скрипку у себя в комнате, как соседи начинали исступленно стучать в стены,
словно только и ждали возможности излить копившуюся весь день ненависть.
Благо, в их южном городе холода наступали поздно и длились недолго, так
что заниматься в парке можно было почти круглый год.
Потом он стал находить удовольствие в таких занятиях - в полном
одиночестве, не слыша обыденного шума многоквартирного дома, не видя стен в
старых обоях.
Впрочем, скоро его одиночество перестало быть абсолютным. Однажды,
когда он работал, на полянку из кустов вышел большой лохматый пес.
Великий Скрипач помнил, что совершенно тогда не испугался - вначале
потому, что был полностью поглощен музыкой и смутно осознавал что происходит
вокруг. А когда пьеса закончилась, пес лежал у беседки, уткнув длинную
грустную морду в лапы, и прикрыв глаза. Шевелились только уши - пес слушал
музыку.
Когда музыка умолкла, пес поднялся и, заметно прихрамывая, убрел в
заросли.
Пес продолжал приходить каждый вечер, но никогда не пересекал черту,
которую сам же для себя определил. Ложился, закрывал глаза и слушал. И
всегда сразу уходил в конце занятия, каким-то непостижимым образом отличая
его от пауз для отдыха.
В перерывах мальчик разговаривал со своим странным поклонником, а тот
терпеливо выслушивал его детские проблемы и секреты. Правда, пес никак не
реагировал, но говорить с ним было все же лучше, чем с каменными львами у
основания беседки.
Потом... что же было потом? Великий Скрипач точно помнил, что в
какой-то момент пес перестал приходить на его "концерты", но как и когда это
произошло...
Кажется, тогда ему уже исполнилось четырнадцать... или пятнадцать... И
он тогда впервые влюбился, как и "положено" в этом возрасте - безнадежно.
Сейчас он уже не мог вспомнить ни имени своей тайной любви, ни почему,
собственно, считал ее безнадежной. Скорее всего, просто потому, что, наивно
вознеся одноклассницу на заведомо недосягаемую высоту и упиваясь своими
страданиями, он и не попытался обратить на себя ее внимание. Тогда же он
объяснял сам себе, что не достоин ее любви: неприметный затюканный "ботаник"
со впалой грудью и тонкими ручками-палочками, незначительный, неизвестный
и - чего уж там - бедный.
В тот вечер он увидел ее в компании с какими-то старшеклассниками.
Ничего особенного и не было в той подсмотренной сценке - просто один из
парней особенным хозяйским жестом обнимал девушку за талию, а она - она
смеялась...
Великий Скрипач помнил - в тот вечер он играл исступленно, смычок
заставлял скрипку стонать, словно живое существо. Когда пальцы свело