"Людмила Козинец. В пятницу, около семи" - читать интересную книгу автора

- Нога? Врешь ты все. Целехонек. Ни один рентген не покажет. Давай,
давай. Вставай.
Я вздохнул поглубже и встал. Нормально встал. На две абсолютно
здоровые ноги.
Одно из двух: или я сошел с ума, или эта дева - экстрасенс.
Рики встала, внимательно рассмотрела мою наверняка туповатую
физиономию и сочувственно сказала:
- Ну-ну... Ты особенно не переживай. Мало ли что случается.
Невидальщина - не небывальщина.
Она с каким-то вкусом произнесла эту русскую пословицу, словно
щегольнув ее знанием. Она меня еще и успокаивает!
Мы спустились к морю, осыпая лавины острой щебенки, цепляясь за плети
каперсов, пачкая руки их пряной зеленью. Пугнув стайку рыбной мелочи, я
зачерпнул воды; умылся тщательно и с наслаждением. Мы примостились на
камнях. Рики молчала, жевала листик тутовника, лицо у нее было скучающее. У
меня от любопытства чесался кончик носа, но вдруг накатил приступ
застенчивости. Наконец я пустил пробный шар;
- Расскажу кому - не поверят...
Рики ответила спокойно:
- Я на это и рассчитываю.
- Может, мне не нужно об этом рассказывать?
- Так все равно же не поверят.
- Это правда. У меня есть в Киеве один знакомый. Он всем рассказывает,
что побывал внутри летающей тарелки, причем выдает грамотно технические
данные, хотя сам - откровенный гуманитарий. Но никто не верит. И все
смеются.
Засмеялась и Рики. Тогда я осмелел:
- Ты экстрасенс? Я читал...
- Нет.
- Тогда...
- Я внеземлянка.
Мне не удалось задавить нервный хохоток. А она встала, подошла к воде
и ступила на легкую зыбь вечернего моря. И пошла. Спокойно, чуть подняв
плечи, заложив руки в карманы джинсов. Остановилась, обернулась. И, стоя на
воде, шагах в десяти от берега, смотрела на меня испытующе и холодновато.
Словно молния рванула нервы, круша их и поджигая. Я невольно напрягся:
внутри как бы запела струна - высоко, чисто и мучительно.
Рики выдернула ладони из карманов, протянула руки перед собой. На
кончиках пальцев вспыхнули звезды. И посыпались, мерцая, в небо и море,
оплетая пространство зеленовато-голубым рисунком с мгновенным,
завораживающим, переменчивым ритмом.
И вдруг звезды погасли. Рики сунула руки в карманы и, перебежав по
волнам, села рядом.
- Что это было?
- Это? Игра. Просто такая игра.
Я перегнулся и стащил с маленькой ступни обувку. Повертел, посмотрел,
понюхал, чуть не попробовал на; зуб. Обыкновенная синяя кроссовка. Рики
смотрела на меня ехидно.
И тут я почувствовал себя очень-очень официально, ну прямо как во
фраке. Я начал говорить речь. О том, как это прекрасно - Братство по