"Юзеф Крашевский. Осада Ченстохова (Библиотека исторической прозы) " - читать интересную книгу автора

лошади и люди пана Петра Чарнецкого, который давно уже объявил приору, что
когда придет опасность, он не замедлит явиться в Ченстохов; он сдержал свое
слово и с порядочной свитой и необходимыми для нее припасами прибыл в
монастырь.
Это был достойный брат великого Стефана. То же самое мужество, та же
самая рассудительность и простота обращения: с шляхтой и простым народом
мягкий и ласковый, добрый брат и отец, с магнатами часто запальчивый,
слишком сдержанный и высоко державший голову. Наконец, прежде всего воин и,
как воин, охотно рискующий собственной кровью, не заботясь о завтрашнем дне.
Веселый даже в бою, любящий труд и скучающий в бездействии. Набожный душой,
общительный, хороший товарищ и друг, он даже приятным лицом своим походил на
своего брата, киевского каштеляна; только слишком рано облысел, что
придавало ему почтенный вид, бороду же он брил. Одет он был в серый кунтуш и
шелковый малиновый жупан; старинная и испытанная в бою сабля висела на
кожаном ремне, застегнутом пряжкою; на голове у него была кожаная шапка,
богато расшитая, такая, какую надевали под шлем, так что на нее только
оставалось надеть железо, застегнуть панцирь, - и готов в бой. Сам он ехал
верхом, за ним несколько слуг, повозки, покрытые шкурами, по четыре и по
пяти лошадей в каждой везли необходимые припасы, какие нашлись дома и могли
бы пригодиться в Ченстохове. Как только ксендзы и родной брат Петра, ксендз
Людвиг Чарнецкий, увидели его, сейчас же поспешили с приветствием навстречу
гостю. Ксендз Мелецкий очутился ближе всех к приехавшему.
- А вот и я! - сказал весело, слезая с лошади и снимая шапку пан
Петр. - Каким видите, таким и принимайте! Мы привезли немного, что могли, по
все это ваше. От всего сердца прихожу разделить с вами судьбу, какую Бог
пошлет, добрую или злую. Со мной немного слуг, способных владеть ружьем, да
несколько возов разной разности - вот и все.
- Бог вознаградит вас за вашу помощь и сострадание к бедным монахам,
которые вы приносите святому месту, - сказал с поклоном отец Мелецкий. -
Одно мужественное сердце и две дельных руки - большая прибыль!
- Укажите мне какой-нибудь угол для меня и моих людей, - прервал его,
обнимая брата, пан Чарнецкий, - а я тем временем поспешу приветствовать
нашего гетмана.
- Кого? - спросил ксендз Людвиг.
- А кого же, как не ксендза-приора, благородного Кордецкого? Он еще не
кончил говорить, как отец приор, поспешивший навстречу, чтобы приветствовать
дорогого гостя, стоял уже перед ним.
- Привет вам, благородный защитник Ченстохова!
- Припадаю к стопам добрейшего отца приора! Готов, как видите, с саблею
в руке услужить монастырю. Получил ваши письма и все, что мог собрать,
привожу вам в помощь, а прежде всего себя самого.
- Это самое дорогое для Святой Покровительницы края, для обители и ее
недостойных покорных слуг. Располагайтесь в назначенном вам помещении и
хозяйничайте, как у себя дома.
- Прежде всего, отец-благодетель, где моя келья?
- Пану Стефану Замойскому, которого сегодня ждем каждую минуту, с женой
и сыном, назначены самые большие покои, а для вас в самом монастыре комнату
для гостей, также обширную и удобную.
- Я об этом не забочусь, мой дорогой отец, - перебил Чарнецкий, - очень
благодарен вам за внимание, но я знаю вашу комнату для гостей и занять ее не