"Борис Кригер. Исповедь провинциального террориста ("Вести из канадской глубинки")" - читать интересную книгу автора

светского разговора. Этот тип разговора именуют "small talk", а я называю
его "разговор по-маленькому".
- Да, погода замечательная - не то, что вчера... Вчера ведь была
страшная жара! - охотно ответил я, вполне гордый тем, что вот же, могу
вести приличный разговор, не вникая во всякие неудобства общения с
незнакомцами, но тут же добавил: - Не иначе вчера было жарко из-за
глобального потепления!
- Ну, нам это, пожалуй, не грозит, у нас очень суровые зимы...
- А я думаю, что зимы в этом году вообще не будет. Я ведь горячий
сторонник глобального потепления!
Подобное заявление было воспринято как неслыханная бестактность, хотя,
наверное, я просто пошутил.
- Но ведь тогда Нью-Йорк пойдет ко дну! - некстати вмешался абсолютно
серый гражданин.
- Ну и фиг с ним... Пусть! - уже серьезно ответил я.
- Так вы террорист? - в свою очередь на полном серьезе пошутил тот же
тип в сером.
Все оглянулись на его резкую обличающую фразу. Пьяненький брат
помолвленного мгновенно протрезвел и выразительно икнул. Все смотрели на
меня выжидающе, будто ждали, что я вот-вот примусь испускать истошные
экстремистские возгласы и попытаюсь взорвать себя при всем честном народе.
- Мммм... - веско заметил я в свое оправдание, но эта реплика не
удовлетворила собравшихся. Нужно было как-то пояснить мое заявление насчет
допустимости утопления внеэпохального мегаполиса, коим является Большое
Яблоко, - город, который никогда не спит, и проч., и проч., и проч.; город,
на котором печати уже негде ставить; короче, наш грозный отец
Нью-Йорк-на-Дону, наш Ростов-на-Гудзоне... Все смешалось в душе
иммигранта...
- Дело в том, - промолвил я, закашлявшись и запинаясь. - Дело в том, -
повторил я, смелея, - что я не люблю больших городов... Я вообще страдаю
неврозом, меня охватывает паника при большом собрании народа...
- Неубедительно, - вздохнул серый человек, обводя взглядом собравшуюся
толпу гостей - Мы не наблюдаем у вас никаких признаков паники! Скорее,
паниковать следует нам!
Почему-то этой фразой мой серый судья слегка разрядил обстановку. Мама
помолвленного, проходя мимо, бросила на меня испепеляющий взгляд и
процедила:
- Вы никуда не торопитесь? Неужели даже на обед не останетесь?
Несмотря на то что супруга основательно подготовила меня к званому
обеду, накормив пельменями, чтобы я в очередной раз не опозорился и не
объел несчастных гостей, мне все же очень хотелось закусить, и я твердо
успокоил мамашу, что обедать останусь пренепременно!

Обед меня разочаровал. Несколько тарелок с нарезанной тонкими
ломтиками колбасой не могли именоваться гордым именем "званый обед". Уж не
знаю, какие глубины врожденной цивилизованности помогли мне промолчать хотя
бы по этому поводу. Видимо, конфуз с утоплением Нью-Йорка подействовал на
меня облагораживающе, и я молча уединился со своей тарелкой, наполненной
более чем скромной снедью. Усевшись по другую сторону бассейна, подальше от
основного костяка гостей, я надеялся поклевать, что Бог послал, а там уж