"Ярослава Кузнецова, Анна Штайн. Чудовы луга " - читать интересную книгу автора

- Чего многажды? - не поняла девица.
- А-ам, - сказал Кай, сладко улыбнулся и тронул пальцем губу.
Велта вспыхнула, фыркнула и понеслась вперед, будто он ей непристойный
жест показал.
Ласточка только головой покачала.
- Что-то ты рано начал праздновать, парень.
- Почему же рано? Самое время. Ого, смотри, сколько всего натащили!
Торговую площадь перед воротами очистили от палаток и заставили столами
на козлах. Запах свежей древесины мешался с благоуханием горячего печева,
имбиря и меда, корицы, муската, жарящегося мяса и яблок.
Дощатый помост в центре площади, с которого каждую пятницу лорд Радель
творил суд, покрыли цветным сукном, а над лордским местом соорудили шелковый
балдахин, украшенный флагами, перевитыми лентами рябиновыми венками и
пучками колосьев. На помосте тоже расставили столы для знати и застелили их
новыми скатертями в два слоя. Перед помостом оставалось свободное
пространство для танцев и представлений.
В истоке улицы, подымающейся от площади к лордскому замку, выстроили
ворота - подобие тех, что ставят на дорогах, пересекающих границы владений.
Сверху, из ниши, на площадную суету смотрела статуя святой Невены с чашей в
руках, у воротных столбов красовались пшеничные снопы, створки
отсутствовали, а с перекладины свисала бахрома пестрых лент.
На нескольких открытых очагах жарились целиковые туши - вклад в
праздничный пир от слободы медников и камнетесов. Полуголые парни, прячась
от жара за сырыми плетеными ширмами, накручивали вертела. На площадь
стекались разряженные горожане, несли кульки и корзины со снедью, женщины и
девочки споро распределяли дары по столам. Разномастные гости, охочие до
дарового угощения, шныряли тут же. Сегодня на праздник пускали любого, кто
не оскорблял взгляд и обоняние своим видом, даже городским нищим в стиранных
лохмотьях поставили стол у самой стены и выделили котел для похлебки.
Сегодня никто не брал денег за хлеб и мясо, за музыку, цветные огни,
фокусы и кувыркание акробатов - изобилие множит щедрость, щедрость угодна
Господу, а грядущее изобилие в руце Его.
За почетным столом у помоста Ласточка увидела мастера Одо в компании с
лордским библиотекарем. Две сдвинутые лысины - крапчатая и обрамленная сивым
пухом - нависли над каким-то свитком, у библиотекарского носа то и дело
мелькал крюковидный акридовский палец. Блюдо с пирожками было
пренебрежительно сдвинуто в сторону, а его место занял горящий светильник,
хоть вечер только начинался.
Вручив женщинам узел с халвой, Кай сцапал в одну руку кусок сыра, в
другую - яблоко, и откусил сразу от того и от другого. На лавках
потеснились - Ласточке и Каю нашлось место за средним столом.
- Тра-та-та! - запели трубы от пшеничных ворот.
- Лорд едет! - Народ заволновался, завертел головами. - Да здравствует
господин наш, лорд Гертран! Ура лорду Герту! Ура леди Дитте! Молодому
господину Грано ура! Молодым леди трижды ура!
Ленты в проеме ворот раздвинули копьями, пропуская лорда Раделя с
семейством и свитой. Площадь встретила их восторженным криком, в котором
потонули голоса труб. Лорд, в праздничной лиловой котте с золотыми шнурами,
помахал рукой и разулыбался, кивая направо и налево. В седле перед собой он
вез белоголовую девочку лет семи, вторую, младшую, вез его наследник, отрок