"Ольга Ларионова. Клетчатый тапир ("Лабиринт для троглодитов" #2) " - читать интересную книгу автора

Ольга ЛАРИОНОВА

КЛЕТЧАТЫЙ ТАПИР

ЛАБИРИНТ ДЛЯ ТРОГЛОДИТОВ #2


Это была осень, а осени Варвара не любила и кое-как мирилась с ней
только потому, что следом шла еще более ненавистная пора - зима - время
бессильной апатии всего живого. Время ледяной воды.
Варвара немного постояла на крыльце, поеживаясь и вглядываясь в
утреннюю предрассветную дымку. Туман сегодня был какой-то странный, липкий,
он жался к деревьям и домикам, повисая на них зябкими клочьями, а в
промежутках редел, словно ставил западню: выйди на улицу, доверься этому
призрачному неосязаемому ущелью - и где-то на середине пути на тебя рухнет
влажное облако, спеленает серой липучкой, сырым комом проскользнет внутрь.
Бр-р-р. И ощущение будет такое, словно улитку глотаешь.
Она спрыгнула с крыльца, успев заметить, что гирлянды сушеных луковок
теперь придется на ночь убирать в дом, и побежала по улочке, отделявшей
трапезную от жилых коттеджей, срезая углы и при этом неизбежно влипая в
сырость. Легкие сандалии чмокали по влажным плитам, и тем не менее где-то
справа, в стороне Майской поляны, она различила еще какие-то звуки,
приведшие ее в недоумение. Легкий топоток переходил в упругие удары -
топ-топ-топ-топ-бум-бум-бум. Варвара представила себе эту картину:
несуществующий здесь, на Степухе, страусенок материализуется из тумана,
разбегается и после четвертого-пятого шага вдруг превращается в столь же
нереального тут слоненка - и исчезает, снова становясь комком тумана.
Киплинг по-тамерлански. Стоит посмотреть.
Она двинулась крадучись вдоль зеленой полосы, отделявшей поселок от
пляжа и пышно именуемой Парком, и скоро подобралась к поляне. Остановилась.
Было тихо... Нет. Дыхание, частое, сильное - кто из здешнего зверья способен
так дышать? А люди еще спят. Впрочем, что это она - совсем забыла, что за
стены Пресептории не может ступить по своей воле ни один зверь.
А между тем на другой стороне Майской поляны прямо из сумрачной
туманной пелены выпорхнуло что-то огненно-стремительное, словно проклюнулся
язычок пламени, совсем близко зазвучало ускоряющееся "топ-топ-топ", и
Варвара увидела, что прямо на нее по серебрящейся траве мчится ладная
фигурка в черных плавках и алой рубахе, концы которой завязаны узлом чуть
выше пупа; шагах в десяти раздалось упругое "бум!" - оттолкнувшись двумя
ногами, бегун взмыл в воздух, перекувырнулся пару раз, снова оттолкнулся,
изгибаясь летучей рыбкой, и еще кувырок, и еще курбет, и еще черт-те что - и
вдруг ударился пятками и замер, как вкопанный, вскинув руки кверху, туда,
где к полудню быть золотому солнцу.
- Сивка-бурка, вещая каурка, - прошептала Варвара, - стань передо мной,
как лист перед травой...
- Стою, - удивленно отозвался тот, только тут замечая перед собой
девушку, которую туман прикрывал вместе с низкорослой тутошней акацией.
Варвара вслушивалась в его дыхание, способное разогнать туман над всем
побережьем, а сама мучительно размышляла, как к нему обратиться, - это был
Петере Ригведас, один из двоих младших научных, присланных с Большой Земли;