"Кит Лаумер. Выкуп за Ретифа (Ретиф)" - читать интересную книгу автора

планете - члены какого-нибудь меньшинства. И все эти меньшинства грызутся
между собой, как собаки!
- Да ну вас, полковник, - поморщился Маньян. - Я согласен, что набор
местных расовых противоречий является для вашей группы Объединения
головоломкой, но я также уверен, что очень скоро нам удастся найти
решение, которое бы наконец удовлетворило штаб Сектора.
- Сомневаюсь, что все так просто, - не унимался полковник. - Далеко не
ко всем выходкам, совершаемым у нашего посольства, позволительно
относиться наплевательски. А уж когда утренняя газета помещает объявление,
в котором обещает щедрый куш за свеженькую и готовую к употреблению голову
человека или лумбаганца, тут впору строить баррикады!
- Обычные упражнения в риторике. - Маньян явно не принимал
настороженности полковника. - В конце концов, если столь разноликий народ,
как лумбаганцы, вдруг подумывает об избрании нового правителя, который был
бы угоден всем, - и это при их-то священных традициях взаимного геноцида!
- это может прекратить беспорядки в рядах инакомыслящих.
- А если учесть, что диссидентов здесь больше, чем прочих, то это
становится отличным выходом из положения, - согласился Ретиф. - У меня
такое чувство, что со своим решением поддержать нынешнее правительство
планеты посол Паунцрифл немного переборщил.
- Мягко сказано, - промычал полковник Уорбатон. - Вы ведь хотели
выразиться порезче? А я так думаю, что раз два лумбаганца не могут без
драки даже часы сверить, куда уж им договориться о правителе, который
устраивал бы их обоих и еще помыкал ими с их же согласия.
- Судя по вашим замечаниям, у вас мало доверия к демократическому
миротворческому процессу, проводимому сотрудниками Корпуса! - довольно
резко сказал Маньян. - Между тем, не худо бы вам припомнить поговорку,
лучше синица в руке, чем журавль в небе.
- Ну что же еще делать? - с раздражением в голосе вопросил полковник. -
Все успокоительные средства нами уже использованы: смерчи листовок,
ураганы плакатов, призывающих свернуть эти кровавые базары, бесконечные
предложения о перемирии, одно-, двух-, многоэтапном прекращении огня,
блокировка демилитаризованных зон, - это ведь все огромная работа! А они и
по сей день за головами охотятся: уж не говорю о руках, ногах и
задницах...
Излияния полковника были прерваны тем, что на расстоянии трех футов от
его головы в стену с лету впечатался порядочный глиняный комок. Это
сопровождалось резко возросшим гулом толпы на базарной площади.
- Похоже, нам пора убираться, - сказал Ретиф. - Иначе нам придется
столкнуться с Субботним Обрядом аборигенов ближе, чем обычно.
- Не смешите нас, Ретиф, - проговорил первый секретарь, правда, как-то
неуверенно. - Простая демонстрация приподнятого настроения... Мой анализ
тенденций этих волнений подсказывает мне, что сегодня все будет на
редкость спокойно.
Через кучи рассыпанного угля Ретиф глянул в направлении беспорядочно
раскиданных низеньких домишек на том конце базарной площади: в просветах
между домами зеленел местный закат, бросавший блики на полоску открытого
моря, буквально загроможденную парусами. Бледными зелено-желто-оранжевыми
тонами мерцал соседний остров. Собственно, система этих и некоторых других
островов - экваториальный архипелаг - и составляла всю поверхность суши