"Алексей Лебедев. Судьба Калифорнии" - читать интересную книгу автора

мире. Мы знаем, что она пала, как пали Вавилон и Рим. Почему это
произошло - мы спорим до сих пор. Одни говорят о предательстве,
другие - о социальных проблемах, третьи - о каре Господней. Но
так началась история Свободной Республики Калифорния. История,
которая должна была стать славным примером другим, а стала нашим
позором. Имя ему - Раскол.
Война между Севером и Югом растянулась на десятилетия. Мой
отец погиб в боях за Лос-Анжелес. Город ангелов превратился в ад.
Разве не парадокс? Мы живем на руинах былого величия. Это - наш
мир, мир ненависти и насилия, подозрений и лжи, печали и скорби.
Впрочем, в нем немало и тех, кто чувствует себя здесь как рыба в
воде. Не следует недооценивать способностей человека к адаптации.
Запомните это, мои неведомые друзья-наблюдатели!
Сейчас у нас мир. В смысле - перемирие. Холодная война. Обе
стороны зализывают раны и лелеют планы мести. Они живут этим. И
этот "боевой генерал" (наш вице-президент по совместительству) -
тоже. Им это надо.
А мне хотелось бы поговорить с людьми о другом. Например, о
Великом Пламени. Я знаю, оно существует. Возможно, божественное,
а возможно, дьявольское. Возможно, из него мы приходим сюда, а
возможно, в него уходим. Возможно, из него возник наш мир, а
возможно, в нем он погибнет. Я знаю, что во мне горит это пламя.
Но в крысах и тараканах, штурмующих мусорную кучу власти, этого
пламени нет. Мы говорим на разных языках...
Я слышу шум ветра и странные голоса. Стены моей палаты
теряют плотность и исчезают. Мне открываются бездны мерцающего
света, и призраки кружат вокруг нескончаемым хороводом. Настанет
день, когда я останусь там навсегда.

Он вернулся после полдника, довольный, как кот от сметаны.
- Ну, парень, ты выиграл это пари. Только не слишком
зазнавайся. Пока ты здесь прохлаждался, мы накрыли всю группу.
Вот они, голубчики. Мексиканские ублюдки! Все тут, - он бросил
мне пачку фотографий. Я взял одну и посмотрел в лицо человеку
латиноамериканской внешности с горящими от ненависти глазами. Он
хотел убить президента Кэпвелла.
- Поздравляю.
- Спасибо! Может, предскажешь еще что-нибудь?
- День еще не кончился, - заметил я.
- Что? Ты разве не этих имел в виду? Или мы не всех взяли?
- Я не знаю, кто убьет президента. Может быть, даже вы.
- А ты остряк!
Я промолчал.
- Слушай, - сказал вдруг генерал другим тоном. - Ну, давай
предположим, что его убьют. Что будет дальше? Ты это видишь?
- Будет война. Будет хаос и смерть. Города обратятся в
руины, смрад пожарищ закроет небо, смерть пожнет небывалую жатву
и пресытится, души людей будут носиться над землей в неизбывном
ужасе и отчаянии, и демоны будут хохотать в преисподней...
- Да ты пацифист, приятель! Твое счастье, что сумасшедший.