"Евгений Лукин. Приснившийся." - читать интересную книгу автора

сидеть и ждать...
И вот наконец со звуком, похожим на мощный вздох доисторического
чудовища, весь грунт, который они так старательно сгребали и разравнивали,
взвился из ямы и рухнул на потолок, лег опрокинутым конусом. Сундук
раскрылся, и со дна его поднялась и выпрямилась во весь рост обнаженная
женщина... Обнаженная? Он не закричал лишь потому, что уже ждал
чего-нибудь подобного. Женщина была без кожи. Голые синеватые мышцы и
белые жгуты сухожилий. Медленно повернулось сплетенное из мускулов
беспощадное насмешливое лицо, слепые, как серебряные слитки, глаза
скользнули равнодушно (сообщники отшатнулись, вжавшись спинами в холодный
тесаный камень), но каждому наверняка показалось, что в тот момент, когда
литые бельма были обращены к нему, женщина едва заметно осклабилась.
Без кожи... Как же это называется у скульпторов, когда ваяют человека
без кожи, чтобы показать рельеф мышц?.. "Картуш?.. Эскарп?.." - понеслись
полузнакомые с выветрившимся смыслом слова. Он отчаянно вспоминал,
почему-то уверенный, что стоит вынуть из памяти это слово - и вставшая не
увидит, не тронет, а сам не сводил глаз с ее тщательно обработанных и
покрытых свежим лаком ногтей. В остолбенелой тишине она шагнула (ямы в
земляном полу теперь почему-то не было) к ночному незастекленному окну и
оперлась чуть раскинутыми руками на каменный подоконник. Поза человека,
наслаждающегося ночным воздухом. Сидящие ждали, не осмеливаясь вздохнуть.
Женщина как будто прислушивалась. Затем резким движением перекинула через
подоконник ногу, другую - и заскрипел под удаляющимися шагами гравий.
Оба еще долго не решались пошевелиться.
- Ушла... - Горло перехватило, голос отказывался повиноваться.
Но тот, что напротив, расслышал.
- Тихо!.. - шепнул он, гримасничая.
Снова замерли, испуганно ловя почти уже не различимый скрип гравия.
Наконец последний звук растаял, и ночь за окном стала пустой и гулкой.
Напряжение несколько спало.
- Храбрый, да? - сдавленно спросил тот, что напротив. - А если бы
вернулась?..
Сил на ответ не нашлось. Незнакомец шевельнулся, смутный блик лег на
его бледное осунувшееся лицо.
- Я уж думал: все... - жалко скривив рот, признался он. - Как повела
глазищами...
- Она слепая...
- Слепая... - обессиленно повторил тот. - А ощупью бы нашарила?..
Видал коготочки?
- Бритвочки! Не иначе нарочно оттачивала... - Замолчал, со страхом
взглянул в глаза и вдруг спросил глуховато и отрывисто:
- Кто она тебе?
Вопрос был настолько страшен, что смысл его проступил лишь несколько
секунд спустя.
- П-почему мне?..
- А кому? Мне, что ли?
Тот, что напротив, глядел враждебно, почти с ненавистью.
- Сволочь ты, - устало бросил он. - Чего не проснулся?
- Проснуться?.. Боже, да ведь это всего лишь сон! И спящий
почувствовал такое облегчение, что чуть не заплакал. Ну, конечно! Он же в