"Наталья Макеева. История пропажи" - читать интересную книгу автора

прирастающая!" - твердил он, лёжа на кровати в окружении дочуркиных тряпочек и
погремушек.
"До-чурка... До чура... А чураюсь ли до? А после? Горе мне, горе...", -
трясся Владимир Иванович, раздирая в клочья плюшевого мишку.

"С Таней всё ясно" - думал он в минуты спокойствия - "но кто эта страсть,
жена моя? Знать, Земля она, Мать-Сыра Земля. Родит, а сама-то что ведает? Лишь
саму себя и ведает. Hо Солнце коснётся Земли... Солнце Земли коснётся..." - так
говорил он, опять уходя в безутешные сны о шепчущей девушке Тане. Всё её, билось
в его голове взбесившейся крысой.

А жена его тем временем сгинула. Родня просекла, что Танюша больше не плачет
и просочилась в коморку. Тогда только поняли, что женщина здесь не живёт.
Голодная девочка оказалась вполне жива и досталась на временное житьё одинокой
двоюродной тётке не без странностей, жившей там же. "Сбежала!" - без лишних
споров решили все, припомнив многие прошлые похождения горе-матери.

Так Танюша и сделалась сиротой.
Владимир Иванович, найденный дома в тоскливой крайности, вскоре оклемался и
зажил там же, вступив со странной родственницей канувшей жены в бестелесную
связь. Жизнь у них ладилась, да и маленькая больше без причин не плакала, хоть и
пришлось ей начать взрослеть. Hе прошло и полгода, как Таня уже бегала и так
бойко щебетала о разном своём, что родня и соседи подчас шарахались. А дети
другие, учуяв бездну, и близко к ней не подходили.
Дело о пропаже расследовали. Сперва думали - муж, но нашли его в такой беде,
что тут же отстали. Правда, холодильник у него, полный мясных продуктов,
обнаружился. Да на экспертизу направлять ничего не стали. Поискав для порядка
окрест, следствие закрыли, записав танину мать исчезнувшей безо всяких вестей.
Как сны Володины повернулись доподлинно неизвестно.
Родня, правда, в панике семью новую покинула и по сей день молчит. Только
один, совсем молодой, в больницу лёг и мелет там несусветное.

Владимир Иванович вскоре располнел и успокоился. Только глаза его так и
остались чернеть нездешними дырами на довольном розовом личике. Впрочем, на
работу он устроился и стал вполне приветлив. Живёт, говорят, скромно и скрытно -
не кутит, гостей не водит. Только, если верить соседям, шёпот в его квартире
завёлся. Да не в три голоса даже - иной раз такое собрание слышится, что или уж
разуму будь добр верить или к докторам хоть сию минуту беги. А как же тут
поверишь... Hо, однако, всё творилось безбедно, а потому в целом терпимо.

Как-то раз, отдыхая от странных дел, сидели все трое и ужинали.
- А что, мама-то совсем пропала? - спросила Танюша. Владимир Иванович
ответил не сразу, неспешно прожевав вкусный кусочек.
- Кто знает, милая... Hичего ведь насовсем не бывает... Ежели вообразить как
следует, что угодно вернётся. Мать твоя телом ох как хороша была. А душу её я
всё ждал, ждал... Да знать не судьба, - поведал Владимир Иванович и, выдержав
паузу, с нежностью высосал мозговую косточку. И ужин продолжился, как всегда
тихо и мирно.

http://gennady-seleznev.ru/al-khana/