"Герман Маринин. Одержимые злом" - читать интересную книгу автора

Другим моим соседом был опереточный артист, носивший отделанный мехом
костюм фантастического покроя, яркий бархатный жилет с черными и красными
разводами и голубые лайковые перчатки. Господин Финнел, хорошо известный
посетителям веселых ночных уголков Вильнюса, желал быть оригинальным и
неподражаемым во всем, начиная с внешности. Ему действительно удалось
добиться этой трудной цеди, казалось бы, превосходившей силы пустого и
ограниченного малого, каким он был. Булавку в галстуке Финнела украшал
искусственный брильянт, отшлифованный в виде чечевицы, смотря в которую
можно было увидеть панораму Рижского залива; его черная тяжелая палка
заканчивалась серебряным черепом, глаза которого светились в темноте;
кошелек был из настоящей крокодиловой кожи - так, по крайней мере, уверял
сам актер - а материалом для часовой цепочки послужили пепельные,
каштановые, черные и золотистые волосы, подаренные на память этому
поистине необыкновенному человеку его старыми и новыми приятельницами. Но
самое изумительное из его оригинальных свойств заключалось в той манере, с
какой он снимал и клал свой цилиндр, стягивал с пальцев и бросал перчатки.
- Искусство снимать шляпу - величайшее искусство - говорил мне
Финнел, искренне удивляясь той небрежности, с какой я проделывал
необходимые для этого движения. - Тут все должно быть обдумано и
рассчитано, потому что очень часто, например, на прогулке в парке или на
скачках, вы, при помощи шляпы и головы, можете завязать новые, полезные и
ценные знакомства или расстроить старые. Есть около пятидесяти способов
кланяться, но я изобрел еще один. Я снимаю цилиндр не спереди, а сзади,
что позволяет не закрывать лица. Теперь перчатки. При помощи десяти
пальцев, затянутых в лайковую кожу, вы можете разыгрывать целые симфонии,
не произнося ни одного слова, выражать самые разнообразные чувства.
В то время, когда я жил в Вильнюсе, артист не имел роли и занимался
тем, что показывал туристам, с которыми он повсюду заводил знакомства,
"самое интересное" в Вильнюсе, неизменно начиная эти обзоры с площади
Гедиминаса и заканчивая их... Но кто скажет, где и перед чем остановится
господин Финнел, располагающий туго набитым кошельком скучающего
иностранца или провинциала.
В одно ненастное утро, когда хлопья мокрого снега залепляли
зеркальные окна модных магазинов напротив отеля, в мою комнату, не
постучавшись, ворвался Сталерюпас. Он был еще не одет и явился в ночной
рубашке и домашних туфлях, волоча за собою голубые подтяжки.
- Слышали? Вот так история! - кричал он. - В нашем коридоре поселился
еще один жилец. И знаете, кто? Пусть я лопну, если это не сам Гул! Вот она
штука-то какая!..
Разбогатевший погонщик скота сиял от восторга, как будто приезд этого
Гула был одним из самых счастливых событий в его жизни.
- А кто он такой, этот Гул? - полюбопытствовал я, продолжая
умываться.
- Как, вы не знаете? Ну, так я вас сейчас просвещу. Гул - знаменитый
ученый; он изобрел или изобретает аппарат для соединения радиоактивных
лучей, которые испускает земля: понимаете, что из этого может произойти? Я
куплю такую штуку и у себя в Клайпеде буду собирать эти лучи, как дождевую
воду. Все, кто пожелает лечиться, пожалуйте к Сталерюпасу, который ни с
кого не возьмет ничего. А если кто-нибудь не пожелает исцелиться
добровольно, тому я устрою радийную ванну в его собственном доме!