"Владимир Максимов. После немоты " - читать интересную книгу автора

уверен, возникнет множество тех же самых "почему", какие одолевали меня в
процессе работы над романом.
Почему в стране победившего социализма пьянство становится общенародной
трагедией? Почему за порогом полувекового существования страны ее начинает
раздирать патологический национализм? Почему равнодушие, коррупция и
воровство грозят сделаться повседневной нормой нашей жизни? Где истоки всего
этого, в чем первопричина такого положения вещей? Вот, примерно, те вопросы,
которыми я задавался, садясь за работу над книгой. Не знаю, удалось ли мне с
достаточной убедительностью ответить хотя бы на один из них, но у вас нет
оснований сомневаться в искренности моих намерений. Этим же стремлением
помочь своей стране и своему народу разобраться в отрицательных явлениях
современности, с тем чтобы, освободившись от ошибок прошлого, безбоязненно
двигаться дальше, руководствовались и все мои старшие предшественники от
Дудинцева до Солженицына включительно, разумеется, каждый в меру своих сил и
дарования. К сожалению, те, от кого зависело взять эти книги на вооружение,
не только остались глухи к взыскующим правды голосам, но и встретили их в
штыки. Мне трудно судить, кто и почему заинтересован в том, чтобы загнать
болезнь глубоко вовнутрь, но в плачевном исходе такого рода лечения я не
сомневаюсь: последствия не поддаются учету, бедствия - исчислению. Если наше
общество не осознает этого сегодня, завтра уже будет поздно.
Сейчас мне не до бравады, я покину организацию, в которой состоял без
малого десять лет, с чувством горечи и потери. В ней - в этой организации -
числились и числятся люди, у которых я учился жить и работать. Но рано или
поздно каждому из них все-таки придется сделать этот тяжкий выбор. Союз
писателей, а в особенности его Московское отделение, постепенно становится
безраздельной вотчиной мелких политических мародеров, разъездных
литературных торгашей, всех этих медниковых, пиляров, евтушенок - мелких
бесов духовного паразитизма.
Я прекрасно осознаю, что меня ждет после исключения из Союза. Но в
конце пути меня согревает уверенность, что на необъятных просторах страны, у
новейших электросветильников, керосиновых ламп и коптилок сидят мальчики,
идущие следом за нами. Сидят и, наморща сократовские лбы, пишут. Пишут!
Может быть, им еще не дано будет изменить скорбный лик действительности (да
литература и не задается подобной целью), но единственное, в чем я не
сомневаюсь, - они не позволят похоронить свое Государство втихомолку,
сколько бы ни старались преуспеть в этом духовные гробовщики всех мастей и
оттенков.
Со всей ответственностью -
В. Максимов
15 мая 1973 г.

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО ГЕНРИХУ БсЛЛЮ

Глубокоуважаемый коллега!
Признаюсь, Ваше предыдущее заявление об изменениях в Нобелевской речи
во имя сохранения неких "контактов" подействовало на меня (да и не только на
меня), честно говоря, удручающе. Мир на своем горьком опыте успел убедиться,
во что обходятся человечеству односторонние уступки злу и насилию ради их
сомнительного умиротворения. Мир слишком хорошо помнит, как под шумок
дипломатической эйфории в самом центре Европы дымили первые крематории