"Патриция Мэтьюз. Волшебный миг " - читать интересную книгу автора

восточной Мексики, сперва это были леса, похожие на джунгли, а теперь
местность стала более гористой, и поезд шел вверх, замедляя ход на
извилистой крутизне.
Наконец свет за окном угас, и Мередит уже могла рассмотреть на
потемневшем стекле свое отражение - смутное видение девушки с густыми,
цвета соломы, волосами, зачесанными кверху, квадратным подбородком с
ямочкой и глазами, которые казались темными расплывчатыми пятнами на фоне
белого лица. Неужели она действительно так плохо выглядит?
Вывернув фитиль масляной лампы, укрепленной сбоку на стене, девушка
сунула руку в сумочку и, достав оттуда маленькое зеркальце, принялась
разглядывать свое отражение.
Да, лицо у нее было бледное, а карие глаза обведены темными тенями,
которые появились за последние недели, когда заболел ее отец.
Мередит отложила зеркальце еще до того, как успела заметить слезы,
мгновенно навернувшиеся на глаза: она сердилась на себя всякий раз, когда
при воспоминании о Мартине Лонгли ее охватывала грусть. Неужели она никогда
не перестанет скучать о нем? Она то и дело ловила себя на том, что думает о
нем как о живом, задает ему глупые вопросы, запоминает всякие интересные
вещи, которые нужно будет ему рассказать, а потом вдруг потрясенно
вспоминает, что его уже нет и общение с ним невозможно.
Сейчас они должны были ехать вместе в археологическую экспедицию.
Много месяцев они строили планы относительно этой экспедиции - раскопок
древнего города, которые могли в конце концов привести к не менее
потрясающему результату, чем обнаружение Трои Генрихом Шлиманом, что
произошло всего три года назад, в 1871 году.
Даже сейчас ее воображение безудержно разыгрывалось при мысли о
городе-руине, скрытом в джунглях Мексики, о городе, которого не видел никто
в течение сотен лет, пока его недавно не обнаружил какой-то охотник-метис;
о городе, который, как полагал ее отец, и был легендарным Тонатиуиканом,
Домом Солнца, таким древним, что он превратился в легенду уже тогда, когда
на землю Мексики высадились испанские завоеватели. Он был великим культовым
центром племени науатль и, вероятно, скрывал в себе сказочные сокровища,
называемые испанцами "El Tesoro del Sol" - "Сокровища Солнца".
Эти раскопки должны были стать наиболее выдающимися в жизни ее отца,
и, конечно, они бы увековечили его имя.
"Как будто па это было так уж нужно", - подумала она. Его имя и так
было хорошо известно и уважаемо в профессорских кругах; его место в
университете - прочно, и студенты валом валили на его лекции. Мередит
гордилась не только тем, что она его дочь, не в меньшей степени она была
горда тем обстоятельством, что она его студентка-стипендиат. А теперь отца
не стало, и она отправилась в путь без него.
После смерти отца она совершенно не думала о возвращении к их
совместному проекту, пока ее брат Эван не убедил ее, что город необходимо
исследовать - это станет как бы памятником их отцу. Могла ли Мередит
ответить на это отказом?
Мартин Лонгли был человеком исключительным - никакое другое
определение не могло бы охарактеризовать его. Он был полностью поглощен
своей работой, женился только в сорок лет на красавице студентке, которая
сумела привлечь к себе его взор, заинтересовать и убедила, что ему
необходима спутница жизни, равно как и помощница в работе.