"Владимир Михайлов. Стелларная скорая" - читать интересную книгу автора

не собираюсь терять то, что получил от природы". С той поры об этом не
спрашивали.
Сейчас он смотрел на здешнюю подательницу жизни - около трех минут,
вельможи терпеливо ждали. Наконец отвернулся, снял очки, убрал футлярчик в
карман, медленно, глубоко вздохнул. И тут же словно сменил маску -
улыбнулся, как все подумали, весело, беззаботно, - и у окружающих отлегло от
души. Повернулся к стоявшему за его спиной в шаге Первому ассистенту,
борцовского облика врачу по фамилии Грубко. Кивнул ему:
- Ничего неожиданного. Еще уточним, конечно. Работайте пока по схеме
два - пять.
Снова к здешним:
- С вашего позволения - едем?
И, повинуясь приглашающему жесту, первым ступил на трап.
Обед считался торжественным, в честь прибывших, но на самом деле был,
конечно, деловым, и после неизбежных протокольных речей за столом пошел
разговор о делах - достаточно откровенный обмен мнениями, поскольку
посторонних тут не было.
- Можете ли вы, президент, поделиться вашими впечатлениями от
увиденного?
Сергееву понравилось такое к нему обращение. Он и на самом деле был
президентом - ИКА, Интерклуба Астрохирургов, звание, по сути дела, чисто
почетное, в Галактике всяких клубов были, наверное, десятки, а то и сотни
тысяч, следовательно, и президентов - никак не меньше. При этом большинство
их никакими особыми свершениями в своих областях не славилось, просто были
они хорошими, компанейскими, как говорится, людьми, любителями что-нибудь
организовать, возглавить и потусоваться. И все же когда тебя именует
"президентом" не кто-нибудь, а другой президент, настоящий, что возглавляет
целый мир, совершенно независимый- и достаточно богатый, - это приятно,
никуда не денешься. И невольно постараешься ответить как можно ближе к
истине - соблюдая, конечно, и условие врачебной тайны:
- Ну, что же - первое впечатление совпало с теми предварительными
выводами, которые вам уже известны. Положение серьезное. Но я не взял бы на
себя смелость назвать его критическим. Похоже, что до этого не дошло, и вы
обратились к нам своевременно.
- Президент Сергеев (тут пришлось слегка поморщиться, как бы давая
понять: "да ладно, я человек скромный, к чему такая официальность!"), я
понимаю, что у вашей профессии, как у любой другой, существует своя этика и
свой набор правил. Но мне хотелось бы, чтобы вы приняли в расчет нашу
ситуацию во всей ее полноте. А именно: Инфанту населяет шестьсот миллионов
человек. Что с ними произойдет, если оправдаются наихудшие предположения -
вам ясно, как и любому из информированных людей. Чтобы предотвратить гибель
населения, пусть даже какой-то его части - мы должны располагать временем.
Вы ведь понимаете, между мгновением, когда мы объявим всеобщий сигнал
бедствия и попросим помощи у всех миров, способных оказать ее, и реальной
возможностью эту помощь оказать, неизбежно пройдет немал о дней. И нам
необходимо знать, каким временем мы можем располагать в действительности.
Нельзя представить себе положение, когда гибель этого мира - если она
произойдет - будет означать и гибель людей, его населяющих. Я понимаю, что
сейчас вы не можете с уверенностью сказать ни "начинайте эвакуацию
немедленно", ни, напротив, "Не беспокойтесь, гибель вашему миру не грозит".