"Елизавета Михайличенко, Юрий Несис. Неформат ("Борис Бренер" #3)" - читать интересную книгу автора

Елизавета Михайличенко, Юрий Несис

Неформат

("Борис Бренер" #3)

Часть первая

1. Сумасшедшая сукка

Ленка честно поверила, что Наум огорчился из-за моего дежурства. На то
она и Ленка. А у нас с ним та необязывающая мужская симпатия, когда приятно
встретиться, но можно и не встречаться. И то, что мне пришлось дежурить во
время его "большого" приема в сукке - уж точно не повод для огорчения.
Зато сегодня шеф попросил меня помочь
"хорошим-парням-армейским-следователям" и взять показания у потерпевшего, в
Адассе Эйн-Керем. Нам частенько приходится расхлебывать ностальгию шефа - на
срочной службе он был следователем и у него там остались кореша, которые
грузят теперь нас заданиями. Выбор у них, правда, небольшой - армейские
следователи в полицию обычно не идут, шеф чуть ли не один такой. Зато
энтузиазма у него...
Пацан получил ночью в пабе пулю от своего приятеля, такого же пацана,
только уже солдатика в увольнении. Традиции израильской армии сложились до
большой алии, а армейские традиции не сдаются и не умирают. Ладно, я готов
поверить, я почти помню, что лет десять назад солдатики в увольнении не
надирались. Хорошо, большинство не делает этого и сейчас. Но не требуйте от
пацанов, чтобы они не расставались с личным оружием! За руль ему сесть
нельзя, а в баре гудеть - можно. Мы по-пьяни девиц обнимали, а они -
автоматы. Или и девицу, и автомат. Или даже автомат и девицу с автоматом.
Вот пусть Наум и расскажет откуда эта странная традиция не расставаться
с оружием и заодно приплетет несколько историй по этому поводу с его личным
участием и прочими историческими личностями в пижамах.
Я повернул на Аминадав - засвидетельствовать свое почтение, лично
объяснить отставному генералу причину неявки на вчерашний прием по случаю
праздника Кущей. Если бы не теща, навещал бы его не так редко. Всегда
расскажет что-нибудь такое, подлинно-историческое, чему, прочитав в
учебнике, никогда не поверишь. А тут - свидетельствует очевидец, а чаще так
вообще участник. И память у генерала на редкость цепкая. Детали событий
полувековой давности помнит - это как раз понятно, дело стариковское, но
пить со мной весь вечер на равных, а наутро быть выбритым и помнить что мы
вчера говорили - как можно не относиться с уважением? А ведь ему хорошо за
семьдесят. Он, кажется, на год младше тещи, хотя это я точно выяснить так и
не смог - военная тайна.
Все получилось даже лучше, чем я ожидал. Теща была в Тель-Авиве на
сеансе чего-то очень эксклюзивно-пластикохирургического. Скоро она будет
выглядеть лучше Ленки, к тому идет. Во всяком случае, как мать и дочь их в
последнее время воспринимать перестали. Софья Моисеевна ловко сменила
атрибуты своей молодости и теперь, вспоминая о ней, она рассказывает о
шестидесятниках, об оттепели, о стилягах, джазе и знакомом саксофонисте
Игорьке, который играл, как черт. О военной юности, эвакогоспитале и "деле