"Рауль Мир-Хайдаров. Судить буду я" - читать интересную книгу автора

Рауль Мир-Хайдаров

Судить буду я

Пока человек со свежим шрамом на лбу, припадая на левую ногу, одолевал
просторный холл ресторана "Лидо", принаряженного к Новому году, у Миршаба
мгновенно пересохло в горле, и он остро почувствовал, как не хватает ему
воздуха. Он бросил взгляд на бармена за стойкой и сказал, пытаясь унять
волнение:
- Налей побыстрее чего-нибудь...
Но фраза спокойной не получилась, нервно свело скулы, и оттого слова
прозвучали робко, тревожно, просительно - куда подевались обычная
властность, металл в голосе. Тревога читалась и на вмиг осунувшемся,
бледном лице, хотя Салим Хасанович умел себя держать, и человек за стойкой
знал это.
Странный хромой посетитель, выпивший подряд из двух разных рюмок водку,
вселил нервозность и в вальяжного бармена, и он тут же дал промашку.
Вместо традиционного особого армянского коньяка он налил водку из
запотевшей бутылки и заметил свою оплошность в последний момент, когда
Салим Хасанович уже поднес рюмку к губам. Удивительно: педантичный и
капризный любовник директрисы "Лидо", не отрывая взгляда от ковылявшего к
выходу болезненного вида человека, жадно проглотил рюмку и жестом попросил
повторить, хотя, бармен точно это знал, Хашимов водку не пил.
Бармен наполнил рюмку в протянутой руке и тоже невольно устремил глаза к
выходу. Он увидел, как Карен необычайно подобострастно склонился в
поклоне, открывая дверь, и тут же, задернув штору, кинулся почти бегом к
бару, словно чувствовал призывный взгляд Миршаба.

Точно так же, как и Салим Хасанович со странной кличкой Миршаб - Владыка
ночи, к которой бармен никак не мог привыкнуть, он жадно потребовал:
- Налей поскорее чего-нибудь, - но, увидев бутылку "Столичной" в руке
бармена, добавил: - Лучше водки, да побольше, целый стакан.
Выпив залпом, не обратив внимания на поданный бутерброд с икрой, Карен
обратился к человеку, которого он всегда называл "шеф".
- Он заглянул случайно или пришел испортить нам Новый год?
Хашимов подумал: "Вот если бы ты справился с заданием, раздавил
"жигуленок" вместе с прокурором в лепешку, сегодня бы у нас не возникли
проблемы и праздник прошел без огорчений". Но вслух он сказал другое:
- Не случайно. Он объявил, что включил мне счетчик, и напомнил, что мы с
Сухробом слишком много ему задолжали. Понимаешь?
Шок у него прошел, и Миршаб вполне владел своими эмоциями, да ему и
хотелось перед Кареном выглядеть спокойным, уверенным, он знал, что тот
влюблен в Шубарина за его хладнокровие, выдержку, манеры. Брат Карена,
Ашот, долго служивший телохранителем у Артура Александровича, сам "человек
без нервов", поражался всегда уравновешенности Шубарина и считал своего
босса образцом для подражания. Поселять в Карене страх, тревогу не
следовало. Всегда осторожный Миршаб заговорил, забыв про парня за стойкой,
но тот сам инстинктивно почувствовал, что ему следует держаться подальше,
и бочком, незаметно, покинул рабочее место. Посетитель с рваным шрамом на
лбу напугал и его.