"Юрий Моисеев. Право на гиперболу (Научно-фантастический рассказ)" - читать интересную книгу автора

- Да, но там были и студенты, - вставил сержант.
- Это возмутительно в конце концов! - Профессор вскочил со стула и
яростно накинулся на оторопевшего сержанта. - Как вам не стыдно, молодой
человек, - кричал он, потрясая кулаками, - говорить о том, о чем вы не
имеете совершенно никакого представления! - Он неожиданно зарыдал. Глотая
слезы вместе с водой из стакана, который поспешно подал ему капитан,
профессор бормотал: - Вы думаете, почему я вышел в отставку? Почитайте-ка
с мое лекции современным молодым людям. Как я ни воздерживался от
эпитетов, гипербол и других украшений речи...
- Попрошу не забываться! - строго одернул его капитан.
- Простите, я оговорился. Как ни старался, я невольно время от
времени переходил установленные границы. Если на Ученом Совете меня
критиковали довольно снисходительно, то студенты не прощали. Когда я
смотрел с кафедры на всех этих молокососов, я видел в них своих судей,
беспощадных судей. Они переставали верить в то, что я говорил. Я видел в
их глазах ледяное недоверие, безжалостное презрение, в лучшем случае,
безразличие. Поэтому я решил вовремя устраниться.
- Но неужели вы не признаете внутреннюю логику и справедливость
законов о публичных выступлениях?
- Да, признаю, но только умом, а сердцем не могу - это сильнее меня.
- В таком случае я вынужден настоятельно рекомендовать вам
воздерживаться от каких бы то ни было трибун. Это ваш первый привод в
Эмоциональную службу?
- Да, первый, - пробормотал профессор.
- Прекрасно, но чтобы он был и последним, я обязан вновь ознакомить
вас с Законом о публичных выступлениях. Располагайтесь поудобнее и прошу
быть внимательным.
Настоящий Закон, - почти наизусть начал капитан, расхаживая по
комнате, - принят Советом Мира и распространяется на все континенты и
острова, на все города и поселения Земли, за исключением вновь
осваиваемых, особо опасных планет.
История нашей цивилизации с совершенно беспощадной убедительностью
доказывает опасность каких бы-то ни было преувеличений, каких бы то ни
было даже самых малейших отступлений от правды. Иногда говорят, что у
каждого народа, каждого человека, каждого века - своя правда. Это тяжкое
заблуждение.
Есть правда человека свободно жить, свободно верить и свободно
высказывать свои сомнения, если это не угрожает непосредственной гибелью
жизни и достоинству другого человека. И свобода и правда неразделимы.
Самое опасное и для общества в целом, и для отдельного человека -
фанатически, не рассуждая, уверовать в какую-то доктрину, какой бы
привлекательной она ни казалась. В кровавых войнах, через которые прошло
человечество, погибли миллионы людей, защищая, как правило, совершенно
вздорные идеи. Погибли потому, что находились почти под гипнотическим
влиянием фанатиков - самых гнусных существ, когда-либо населявших Землю.
На первых стадиях многих всепланетных трагедий зловещую роль играли и
публичные выступления фанатиков, как устные, так и печатные.
Мелодраматическое преувеличение одних и трусливое умолчание о других
фактах смещало реальную оценку любого события. И благородство или низость
конечных целей не имели никакого значения. Отступление от правды делало