"Евгений Монах. Люди мы резкие" - читать интересную книгу автора

нашей организации. В полулежачем и даже сидячем положении сей подвиг Геракла
был мне явно не под силу, как я ни жилился, наваливаясь плечом на плиту из
черного мрамора.
Пули щелкали все ближе и, рикошетя от памятников, с противным визгом от
неудовлетворенной жажды смерти бестолково разлетались в разные стороны.
- Цыпа! - гаркнул я, когда в "магазине" осталась лишь свинцовая "сиротка".
- Мухой ко мне!
Верный телохранитель не заставил себя ждать. Пренебрегая смертельной
опасностью, он выскочил из-за чугунной скульптуры немецкой овчарки и,
пригибаясь, скачками кинулся в мою сторону.
Хоть было и не до того, но я все же успел с удовлетворением отметить, что
страха или паники фэйс соратника не выражал. Лицо было замкнуто-сосредоточенное
и злое. Правда, бело-мраморного цвета и с обильными капельками пота на лбу.
В тот момент, когда Цыпа уже практически достиг цели - могилы сенбернара
то бишь, - его все же слегка зацепило. Охнув, он шлепнулся на траву рядом со
мной и, жалостно постанывая, скорчился чуть ли не в клубок, как сворачиваются
бдительные ежики, почуяв близость врага.
- Ладно, братишка, кончай скулить! До свадьбы, верняк, заживет! - чисто
по-дружески подбодрил я расклеившегося телохранителя. - Нужно эту чертову плиту
сдвинуть. Иначе всем кранты. Помогай давай!
Используя соседний могильный холмик как точку опоры, я уперся ногами в
мраморную плиту и до боли напряг все мышцы, словно отчаянно отпихивался от
госпожи Смерти. Впрочем, так оно и было в натуре.
Цыпа дисциплинированно перестал действовать мне на нервы низкими утробными
звуками и присоединил свои усилия к моим. Общими стараниями мы добились триумфа
- тяжеленная черная плита сползла с низкого постамента, открыв полое нутро
псевдомогилы.
Перестав жадничать, я выпустил последнюю пулю в мелькнувшую совсем рядом
фигуру в синем джинсовом костюме и нырнул в двухметровую, обшитую сосновыми
досками яму. На дне ее аккуратными рядами лежали ящики с армейской маркировкой.
Откинув крышку самого длинного, я вытащил автомат Калашникова, уже
освобожденный от заводской смазки и полностью готовый к эксплуатации. Даже
"магазин" был на положенном месте.
Когда я подал "АКСМ" с тремя патронными рожками Цыпе, тот буквально ожил
на глазах и из его горла вырвался звук, совсем не похожий на стон раненого.
Скорее - на радостно-победное звериное рычание. Хотя левый бок его так заметно
намок, словно кто-то выплеснул на него литровую банку клюквенного сока.
Вооружившись аналогичным образом, я собрался было вылезть из схрона и
присоединить басистый голос своего автомата к грохоту Цыпиного, но тут моя
голова разродилась одной весьма дельной мыслишкой.
Зачем излишне рисковать? Можно ведь сделать просто и качественно. Дешево и
сердито то бишь. В натуре, как это я раньше не сообразил, чудак-человек?
Вскрыв квадратный ящик, с удовольствием оглядел его опасное содержимое - в
строгом порядке уложенные в специальные гнезда "эргэдэшки". Лимонки
по-народному. Цыпа, дорвавшись до бесплатного, палил длинными очередями почти
безостановочно, и мне пришлось с полминуты орать, пока он наконец услышал.
- Буду прямо отсюда гранаты кидать, - объяснил я ему, - а ты корректируй
направление и расстояние до цели. Усек?
- Само собой. Гарантия! - отозвался Цыпа и ткнул пальцем куда-то вправо. -
Пятнадцать метров до цели.