"Маргарет Мур. Двенадцатый день Рождества" - читать интересную книгу автора

Маргарет Мур

Двенадцатый день Рождества

(пер. Н. Вергелис)

ГЛАВА ПЕРВАЯ

1226 год
Ворвикшир, День всех святых

Высокая чаша с неимоверным грохотом упала на столешницу. Дамы, рыцари и
всадники, собравшиеся в огромном красивом зале, мгновенно прервали трапезу и
обратили вопрошающие взоры к стоявшему на возвышении столу.
- Что ты сказала? Повтори-ка, я, видимо, ослышался, - не предвещающим
ничего хорошего голосом проговорил сэр Уилфрид Уотертон и повернулся к
племяннице, сидящей подле него.
Видя, что раздражение сеньора направлено на Жизель, воины спокойно
вернулись к прерванным беседам; у многих на губах заиграли понимающие
улыбки: в замке ни для кого не было тайной, что, когда речь заходит о
племяннице сэра Уилфрида, которая находится под его полной опекой, гнев
владыки носит, скорее, показной характер.
Однако сама Жизель не смогла сохранить спокойствие, учитывая суть того,
о чем она только что попросила дядю. Но девушка твердо решила стоять на
своем. Когда еще представится такой удобный случай поговорить с опекуном?
Ведь сэр Уилфрид редко сидел дома: едва наступал день, пригодный, по его
мнению, для охоты, он с утра до ночи проводил в лесу. Да и в остальное время
ей практически никогда не удавалось остаться с ним наедине - и в огромном
замке, и на обширных просторах владений сэра Уилфрида они крайне редко
встречались один на один. Добросердечного и чрезвычайно богатого властителя
постоянно окружали подчиненные и друзья.
Именно рассчитывая на великодушие сэра Уилфрида, Жизель и завела
сегодня разговор о предстоящем обручении. Старательно игнорируя
присутствующих в зале, девушка обворожительно улыбнулась.
- Дядюшка! - сладким голосом проворковала она. - Я не жду, что вы
разрешите мне самой выбирать себе мужа. Так далеко моя просьба не заходит.
Но позвольте мне иметь собственное мнение и постарайтесь учесть его, если
ваш выбор не придется мне по сердцу.
Сдвинув седые мохнатые брови, сэр Уилфрид склонился к племяннице.
- Уж не от леди ли Катарины набралась ты своеволия? - прорычал он.
- Нет, дядюшка, вовсе нет! - поспешила заверить его Жизель.
И действительно, леди Катарина неустанно вдалбливала в головы всех
девушек-дворянок, которые попадали к ней на воспитание, что их участь -
беспрекословно подчиняться любому волеизъявлению главы семьи, будь то отец,
дядя, брат или кузен. Однако с течением лет Жизель все чаще и чаще
убеждалась, что подобное подчинение на деле означает полное разлучение с
семьей после свадьбы. Вот и Сесилия Дебарри фактически оказалась пленницей
мужа, как только вышла замуж. После свадебного обряда от нее не было никаких
вестей: значит, Бернард Ловен, супруг Сесилии, оказался даже более строгим,
чем леди Катарина. А ведь как вежливо, учтиво и предупредительно вел он себя