"Ги де Мопассан. В пути" - читать интересную книгу автора

Ги де Мопассан

В пути


Гюставу Тудузу[1]


I

В Канне вагон наполнился, и попутчики разговорились: все они были
знакомы друг с другом. Когда проехали Тараскон, кто-то заметил:
- Вот где отправляют на тот свет!
И все заговорили о таинственном и неуловимом убийце, который вот уже
два года время от времени нападает на пассажиров. Каждый высказывал свои
предположения, каждый делился с другими своим мнением, женщины, дрожа от
ужаса, вглядывались в темную ночь за окном и ждали внезапного появления
неведомого злодея. Начались страшные рассказы о неприятных встречах, о
поездках наедине с сумасшедшим в купе курьерского поезда, о целых часах,
проведенных с глазу на глаз с подозрительным типом.
Мужчины наперебой рассказывали о разных приключениях, которые возвышали
их в глазах слушателей, - каждому удалось в обстоятельствах, из ряду вой
выходящих, запугать, повалить и связать по рукам и ногам какого-нибудь
злоумышленника, обнаружив при этом поразительную находчивость и отвагу.
Доктору, который неизменно проводил зиму на юге, тоже захотелось вспомнить
одну историю.
- По правде говоря, - начал он, - мне лично ни разу не пришлось
показать свою храбрость в такого рода передрягах, но я знал ныне покойную
женщину - это была одна из моих пациенток, - с которой произошла
неслыханная, необыкновенно таинственная и необыкновенно трогательная
история.
Это была русская графиня Мария Баранова, знатная дама поразительной
красоты. Вы знаете, как красивы русские женщины, - во всяком случае, какими
красивыми они кажутся нам, - с их тонко очерченным носом, мягким рисунком
рта, близко поставленными глазами не поддающегося определению цвета -
серо-голубыми, что ли, - с их холодной, отчасти даже суровой грацией! В них
есть нечто злое и вместе с тем обворожительное, в них сочетается высокомерие
и доброта, мягкость и строгость, и все это совершенно околдовывает француза.
А может быть, дело тут в том, что это другая национальность и другой тип
женщины, - вот почему я вижу в русских женщинах столько прелести.
Несколько лет назад лечащий врач графини обнаружил, что у нее плохо с
легкими; он пытался уговорить ее поехать на юг Франции, но она упорно
отказывалась расстаться с Петербургом. Наконец, прошлой осенью, врач решил,
что она безнадежна, и предупредил мужа; тот заставил жену немедленно выехать
в Ментону.
Она заняла отдельное купе; в другом купе ехали ее слуги. С легкой
грустью смотрела графиня на проплывавшие за окном поля и деревни; она
чувствовала себя одинокой и всеми покинутой; детей у нее не было,
родственников почти не было, а муж, любовь которого угасла, послал ее на
край света одну, как посылают в больницу заболевшего лакея.