"Борис Можаев. Пропажа свидетеля" - читать интересную книгу автора

шестьдесят - семьдесят километров.
- Тогда крой дальше!
- А, чтоб тебя скосоротило! - выругался летчик, подымая вверх вертолет.
- А я виноват? И песчаная коса, и протока рядом, и костер... Попробуй
разберись тут, - проворчал обиженно Коньков.
Помимо Конькова и пилота, в вертолете, в пассажирском отсеке, сидели
два санитара в каких-то белесых, застиранных халатах, похожих на робы
грузчиков, врач в черном костюме при галстучке и в соломенной шляпе, да
еще в форменной одежде плотный и благообразный, с широким добродушным
лицом следователь из районной прокуратуры, по фамилии Косушка.
Наконец увидели они длинную песчаную косу, и костер, и двух человек
возле него; те, заметив вертолет, встали и начали размахивать руками.
- Вот теперь они! - крикнул Коньков. - Узнаю Дункая по шляпе; он у нее
поля обрезал, чтоб, говорит, ветер не сдувал. Вон, видишь? Как ведро на
голове...
Пилот утвердительно кивнул головой и начал снижаться прямо на песчаную
отмель.



2


Дункай с Кончугой встретили прилетевших у трапа вертолета, словно
делегацию, - Дункай почтительно протягивал всем по очереди руку и
представлялся:
- Председатель артели Семен Хылович.
Коренастый, широкоплечий Кончуга стоял чуть поодаль и сосал маленькую
бронзовую трубочку с черным мундштуком. Его плоское скуластое лицо было
безразлично-спокойным, полным сурового достоинства.
- Где Калганов? - спросил следователь.
- Идите за мной, - ответил Дункай.
Он повел их к лесной опушке по песчаной косе. Не доходя до кустарников,
Коньков жестом остановил Дункая и спросил:
- Вы тут без нас следы не затоптали?
- Да вы ж не велели, - ответил Семен Хылович с некоторой досадой, как
маленьким. - Ни я, ни Кончуга вплотную к Калганову не подходили.
- А есть следы? - спросил Косушка.
- Есть. В кедах кто-то был, - ответил Дункай со значением, словно по
секрету. - Сейчас увидите.
Он свернул за ивовый куст и остановился.
- Ах ты, голова еловая! - воскликнул Косушка, увидев Калганова.
Тот лежал лицом вниз, неудобно подвернув голову. Пуля вошла в грудь и
засела в теле - на спине никаких отметин, расстегнутая кожаная куртка с
распластанными вразлет по песку бортами, точно крылья подбитой птицы, была
чистой от крови. По всему было видно, что человек убит наповал - упал и не
трепыхнулся. От лесной опушки вел к нему размашистый след: его массивные
сапоги с рифленой подошвой были в песке.
Косушка, даже не замеряя следов, сказал:
- Дело ясное - следы его.