"Юрий Нагибин. Трое и одна и еще один" - читать интересную книгу автора

сорок, то она прекрасно сохранилась, но Шалву не удивило бы окажись она куда
моложе. В этом случае следовало признать, она знала жестокие ветры и бури.
Стройная легкая фигура, по-молодому вскинутая голова в ореоле пушистых
светлых волос, четкий овал лица, а в широко расставленных глазах под
тяжелыми веками - горечь знания и усталость, приспущены уголки узких, словно
поджатых губ, морщинки на висках. Но, может, дорога ее утомила? А отдохнет и
явится в блеске молодости. Нет, не явится, с подавленным вздохом подумал
Шалва, тонкий хотя и бескорыстный ценитель женской красоты, молодость свою
она крепко изжила. Из этих двоих она старше, и не только годами, но и
жизнью. А хлопот не будет, и гарантией тому даже не характер спутника, а ее
собственная усталость. Она вымотана не дорогой, а пережитым и хочет тишины,
покоя. "И ты получишь это в моем "Дарьяле", - благожелательно пообещал он
женщине. Так размышлял в тени платана Шалва Абесадзэ, перемежая, что
неизбежно в подобных внеопытных построениях, точные угадки с грубейшими
промахами. А завершая мозговое усилие, сделал большой глоток терпкого вина и
смежил толстые веки.

Приезжих отвели в номера, туда же доставили их небольшой багаж.
Господин сунул мелочь в жесткую ладонь носильщика - он же швейцар, он же
ночной сторож при гостинице - и постучался к даме.
- Войдите! - У нее был звонкий, легкий голос, не поддающийся
усталости. - Ах, это вы, Баярд!
- Можно подумать вы ждали кого-то другого. - В голосе серьезность,
недовольство, шутки не получилось.
- Да, носильщика. Я думала он вернулся за бакшишем.
- Тут не просят бакшиша, - все так же серьезно, но уже по-доброму
сказал Баярд. - А обычные европейские чаевые он получил.
- Ну и прекрасно. - Женщина потянулась за портсигаром из слоновой
кости, небрежно брошенным на ночной столик.
- Погодите, - сказал Баярд, пристально глядя на нее своими бледно- и
прозрачно-серыми глазами. Он словно вбирал, втягивал ее в себя.
- О нет, Баярд! - сказала она жалобно. - Прошу вас... Не сейчас. Я
устала. Должна вымыться. Я пропылилась, как старый ковер. Ну, будьте
хорошим!..
Баярд не хотел быть хорошим и опрокинул ее на кровать. Женщин, покорно
помогла его неловким усилиям.
- Какой вы страстный! - сказала она, когда Баярд освободил ее и отошел
к окну.
- Я нор-маль-ный мужчина, - сказал он подчеркнуто.

Женщина вздохнула. Она поправила одежду, но не встала с кровати, а
потянулась за папиросами. Сейчас он уйдет, и можно будет привести себя в
порядок. Надо попросить горячей воды, о ванне в такой дыре нечего и мечтать.
Воды, воды, скорее воды, горячей, теплой, холодной, на худой конец, только
воды! Быстрая и неряшливая близость усилила в ней ощущение своей нечистоты.
Она была грязной, пыльной, липкой, пыль набилась в волосы, в уши, хрустела
на зубах, кожа душно пахла пылью, к тому же еще чужой, тоже несвежий,
дорожный запах - все это было невыносимо.

Почему он так любит внезапные, бурные и неудобные соединения? Впрочем,