"Юлий Назаров. Хамелеоны " - читать интересную книгу автора

- В помощь возьмите инспектора Козлова.
Когда Морозов дочитал последний документ в тонкой папке, врученной
начальником отдела, глаза Геннадия Козлова азартно заблестели:
- Борис Петрович, мне пришла одна идея.
- Ладно, потом ознакомишь. А сейчас едем к Нарышкину.
- Подождите, я мигом, - метнулся к двери Козлов. Вернулся он минут
через двадцать с увесистым свертком под мышкой. Морозов вопросительно
взглянул на лейтенанта, но расспрашивать не стал, поскольку и у него самого
возникла интересная версия, которую следовало проверить на месте.
Старший следователь прокуратуры Нарышкин что-то писал, но, увидев
вошедших в кабинет инспекторов МУРа, отложил ручку и вышел из-за стола.
- Опять, значит, в одной упряжке с ворчливым стариком, так, Геннадий? -
подмигнул он смутившемуся Козлову.
- Что вы, Николай Николаевич, мы по вас даже соскучились, - вступился
Морозов.
- Ой, ли? Впрочем, сантименты оставим на потом. Вы на колесах? Тогда не
будем терять время...
У дома № 13 по улице Марии Ульяновой Морозов свернул во двор и поставил
"Москвич" рядом с другими машинами, выстроившимися на асфальтированной
площадке. Девятиэтажная глыба послевоенной постройки. У каждого парадного
лавочки, на которых сидели бдительные старушки. Провожаемые десятками
любопытных глаз, оперработники вошли в 14-й подъезд, поднялись на последний
этаж, позвонили. Открыла начавшая полнеть, но все еще привлекательная
блондинка с воспаленными от слез глазами.
- Старший следователь прокуратуры Нарышкин, - представился Николай
Николаевич. - Извините, что беспокоим вас. Хабалова молча прошла в гостиную.
- Нам бы хотелось кое-что уточнить, Зоя Аркадьевна, - начал Нарышкин. -
Расскажите, пожалуйста, все по порядку с того момента, как вы проснулись в
воскресенье.
- Что говорить... Встали поздно, в десятом. Накануне Федя долго смотрел
по телевизору футбол. Позавтракали...
- О чем вы говорили в то утро? - спросил Морозов.
- Да вроде бы ни о чем. Я предложила сходить в кино, а Федя не захотел.
Он вообще последнее время стал какой-то раздражительный. Я посуду начала
мыть, а он, ни слова не говоря, оделся и ушел. Вернулся домой около часу. Я
спросила, где был. "Пошел, - говорит, - за сигаретами, встретил дружков,
поболтали, пропустили по кружечке пивка". - "А за хлебом, - спрашиваю, -
зайти не догадался?" Опять обиделся. Я решила сама сходить, оделась и минут
за пять до открытия пошла в магазин, вернулась в половине третьего, а дальше
вы знаете...
Морозов взглядом спросил у Нарышкина разрешения и встал. За ним вышел и
Геннадий со своим таинственным свертком. Они остановились у двери ванной.
- А теперь, Борис Петрович, можете убедиться, что не зря пестовали
вашего верного помощника, - полушутливо сказал Козлов, извлекая из свертка
увесистый магнит. - Вот такой штучкой преступник сначала проломил голову
Хабалову, а по том запер дверь.
Козлов попытался снаружи закрыть шпингалет. Однако из этого ничего не
получилось. - Наверное, слабоват, - сконфуженно признал Геннадий.
- Просто никакого магнита у преступника не было. А вот ключ от квартиры
скорее всего имелся. Сначала он видел, как из дома вышел Федор и ушел с