"Николай Алексеевич Некрасов, Авдотья Яковлевна Панаева. Мертвое озеро " - читать интересную книгу автора





чепчик с темными лентами прикрывал волосы женщины, черные с проседью.
У окна, затянутого серпянкой, сидели девушка и старичок, лицом друг к
другу. Противоположность лет резко выказывала молодость, полную жизни, и
кроткую старость. Несмотря на совершенно детский туалет девушки, ей смело
можно было дать лет шестнадцать. Ситцевое полинялое светленькое платье с
короткими рукавами, которые выказывали полненькие и красивые руки, и
беленькая детская пелеринка не могли скрыть пышных плеч. Девушка была
причесана a la chinoise. {в китайском стиле (франц.)} Ее слегка волнистые
волосы приподняты были кверху, открывая красивый лоб и виски. Коса ее, очень
густая, низко спускалась на затылок, на котором вились от природы маленькие
пукли. Головка так грациозно была поставлена на ее прекрасных плечах, что
невольно обращала на себя внимание. Черты лица были небольшие, исключая
глаз - ясных и смелых; а в очертании красивых губ, несмотря на детское еще
выражение всего лица, выражалось уже столько энергии, что вы невольно
догадывались о силе характера. Гармония господствовала во всей фигуре
девушки, начиная с огненных ее глаз до красивых пальцев, которыми она
работала бисером на бумаге,- занятие, придуманное для потери зрения.
Старичок был очень маленького роста: он почти весь мог бы усесться в
вольтеровских полинялых креслах. Лицо его было кротко, черты мелкие, но,
несмотря на дряхлость, сохранившие еще форму. Из-под белого вязаного
колпака, которым была покрыта его голова, падали редкие длинные седые волосы
и ложились на воротник ситцевого халата. Огромные очки почти закрывали все
его маленькое лицо. На коленях у него лежала книга, а на окне подле него -
табакерка и розовый клетчатый платок.
Тишина была томительная кругом в доме; одна только мерно-тяжелая
поступь, то заглушаемая боем маятника, то вторившая ему, монотонно
раздавалась по зале. Внимательный глаз, однако ж, заметил бы маленькую
комедию, которая безмолвно разыгрывалась среди всеобщей тишины. Лишь только
высокая женщина поворачивалась спиною к окнам, как девушка отнимала голову
от работы и заглядывала за ширмы, стоявшие у окна. Старик делал то же. Они
улыбались, глядя в окно; по временам девушка едва сдерживала смех. Но как
только высокая женщина доходила до двери против окон и поворачивалась,
девушка и старик пугливо обращались к своим занятиям; лица их быстро
принимали серьезное выражение.
Внимание старичка и девушки привлекал стоявший у окон в саду высокий
мальчик... впрочем, мальчиком его можно было назвать только по костюму, да
еще по гримасам и прыжкам, какие он теперь выделывал. Широкие его плечи
заключены были в узенькую синюю суконную курточку, рукава которой едва
доставали до кисти его мускулистых рук. На отложенный воротничок рубашки
падали светло-белокурые длинные волосы. Ростом он был довольно высок и
вообще имел вид недоросля. Щеки его горели ярким румянцем, пот катился
градом с его открытого лба; но он ничего не замечал и усердно гримасничал и
ломался. Однако ж проказам его, которые так занимали старика и девушку,
суждено было скоро кончиться.
Высокая женщина случайно, не дойдя до двери, повернула голову и застала
врасплох старичка и девушку. Как бы почувствовав устремленные на них зоркие
глаза, они оба вздрогнули и склонили головы, один - к книге, другая - к
работе. Язвительно улыбнувшись, высокая женщина молча вышла из залы в
боковую дверь. Девушка выразительно переглянулась со старичком и робко
прислушивалась к стуку двери в соседней комнате, которая выходила на