"Виктор Некрасов. Рядовой Лютиков (про войну)" - читать интересную книгу автора

Боец тоже встал, придерживаясь рукой за койку.
- Давно заболел? - спросил я.
- С утра.
- А чем кормили?
- Горох, консервы. Что еще...
- А раньше болел?
- Да как сказать... не очень.
Отвечал он односложно, тихим, глухим голосом, не глядя на нас.
- Что же ты на том берегу не сказал, что болен? - спросил Приймак.
Боец поднял глаза - черные, усталые, лишенные веселого блеска глаза
ничем не интересующегося человека, - но ничего не сказал.
- Симулянт, одно слово, - пробурчал Терентьев, сгребая остатки сахара
со стола в консервную банку. - Набил градусник, и все.
Приймак цыкнул на Терентьева:
- Много понимаешь ты в медицине, - и повернулся ко мне. - Консервы.
Факт, что консервы. Пускай полежит денек.
Но Лютиков - фамилия бойца была Лютиков - пролежал не денек, а целую
неделю. Первые два дня лежал у меня - в блиндаж моих саперов угодила мина,
и пришлось его чинить, - лежал молча, подложив мешок под голову и
укрывшись до подбородка шинелью. Смотрел, не мигая, в потолок черными
усталыми глазами. Почти не говорил, ничего не просил, не жаловался. Раза
три, обычно после еды, его тошнило, и Терентьев, убирая за ним, без умолку
ворчал и швырял предметами. Потом Лютиков перешел во взводный блиндаж, и
за иными делами я совсем забыл о его существовании. Напомнил мне о нем
Черемных, наиболее грамотный из моих бойцов, исполнявший обязанности
замполита.
- Отправили бы вы, товарищ старший лейтенант, куда-нибудь этого самого
Лютикова. Работать не работает, а так только...
- Хлеба, что ли, жалко?
- Хлеба-то не жалко, хай ест, но бодрости от него никакой. И вопросы
всякие задает. Глупые...
- Вопросы глупые?
- Очень даже. На прошлой политинформации, например. Спрашивает, почему
сахару не дают. Он, мол, видел на станции, когда ехал сюда, три вагона с
сахаром разбомбленные. Почему, говорит, не дают? Куда он девается? Или про
второй фронт. Почему второй фронт не открывают? В общем, сами понимаете...
На фронте не был. Не обстрелянный. На "Красном Октябре" бомбят, а он
вздрагивает...
- А ты отвечать умей. На то и замполит. А то спихнуть хочешь. Хитер
больно. Впрочем, скажи помкомвзводу, чтоб направление ему в санчасть дал.
Помкомвзвод направление написал, но тут как раз подвернулась какая-то
срочная работа, и Лютикова оставили сторожить блиндаж.
Прошло еще несколько дней. Во взводе у меня выбыло сразу три человека и
осталось четыре вместе с помкомвзводом. Командир взвода две недели уже как
лежал в медсанбате. А работы как раз подвалило. Немцы разбили НП, и надо
было в одну ночь его восстановить. Помкомвзвод, усатый, деловитый и
сверхъестественно спокойный Казаковцев, пришел ко мне и говорит:
- Разрешите Лютикова на ночь взять. Майор велел в три наката НП делать
и рельсами покрыть. Боюсь, не управимся.
- А он что, выздоровел?