"Юрий Никитин. Беседа с Владиславом Крапивиным 5 июля 1994 г." - читать интересную книгу автора

 2Беседа с В.Крапивиным 5 июля 1994 г. 0

 1Юра Никитин. 0 Ваши любимые книги, фильмы, музыка? Были ли
среди них такие, которые в определённый период резко меняли вашу
жизнь, мироощущение, взгляды, позицию, а также способствовали
тому, что вы начали писать?

 1Владислав Крапивин. 0 Сразу трудно ответить, потому что может
случиться, что назовёшь что-нибудь не то. Из музыки - Пятая
симфония Чайковского и Восьмая соната Бетховена. Из фильмов -
старый, довоенный вариант "Детей капитана Гранта" и экранизация
рассказа Олдриджа "Последний дюйм". Из книг: среди множества
любимых книг - всё-таки это книги Паустовского, ибо они сделали
в душе поворот, который способствовал тому, что я начал писать.
Это был могучий стимул, катализатор - можно назвать как угодно.
Решающий фактор.

 1Ю.Н. 0 Второй вопрос: любите ли вы поэзию, каким поэтам
отдаёте предпочтение?

 1В.К. 0 Поэзию я люблю, но думаю, что люблю дилетантски, то
есть люблю, но знаю плохо. Может быть, потому, что у меня слабая
память, я просто плохо запоминаю стихи. Прежде всего, я в
младенческом возрасте прочитал и полюбил Пушкина - не
хрестоматийно, по-школьному, а от души и самостоятельно. Среди
любимых поэтов у меня Багрицкий и Гумилёв, причём с Гумилёвым я
познакомился несколько раньше, чем это случилось у многих в
нынешние годы, когда Гумилёва разрешили...

 1Ю.Н. 0 С какими писателями вы лично знакомы, может быть,
дружите?

 1В.К. 0 Я не могу сказать, что я очень дружен со знаменитыми
писателями. Знаком я со многими, потому что я неоднократно бывал
на писательских съездах, и на банкетах, и на разных
конференциях, и встречался, и беседовал, и всё прочее. Но
сказать, что я с кем-то дружен... У меня были очень хорошие
отношения с Радием Петровичем Погодиным, но, к сожалению, его
уже нет. Я был достаточно близко знаком с Анатолием Алексиным,
но он, говорят, отправился сейчас жить за кордон. То есть, я с
ним был знаком не по-дружески, а скорее как-то по-деловому.
Встречался я со многими писателями: и с Михалковым, и с Барто, и
с Кассилем - с детскими, пожалуй, со всеми, но едва ли это можно
назвать приятельскими отношениями и дружбой. А мой дружеский
круг крайне узок. В Свердловске нас было трое: Пинаев, Бугров и
я. И вот Бугрова нет... уже десять дней. И вот остались мы с
Евгением Ивановичем Пинаевым вдвоём. Он хороший писатель, пока,
по-моему, ещё мало читаемый и мало признанный, в силу того, что
наша издательская политика к писателям нынешним и русским, если
только это не громкие и не скандально известные имена, относятся