"Юрий Никитин. Башня-два (Цикл "Трое из Леса", #20)" - читать интересную книгу автора

мужского тела, прокатился по коже, ушел вглубь, кровь вспыхнула...


Глава 8


Она помнила свой вскрик, все нервы воспламенились. Потом, когда
прошла вечность, она смутно ощутила свое тело на широком диване. То,
что осталось от тела. Каждая клеточка горела в диком огне, таком
восторге, о котором она даже и не подозревала раньше.
В поле зрения появилось крупное лицо с запавшими зелеными
глазами. Похожие на лесной омут, они сдержанно улыбались. На верхней
губе темнела корочка засохшей крови. Сейчас твердые губы
раздвинулись, изображая улыбку, от этого движения выступила алая
капелька.
- Как красиво!.. Эти слезы... просто жемчужины.
- Прости, - шепнула она, улыбаясь. - Я не знала, что можно вот
так... От меня один пепел, да?
- Головешка, - ответил он. - Но еще в состоянии загореться.
Она взмолилась:
- Ой, не надо! Смешно, но боюсь, второго раза не переживу. Или
хуже того...
Она испуганно оборвала фразу.
- Что? - спросил он. - Что тебя пугает?
- Что все испортим, - прошептала она. - Так не бывает. То, что
случилось... может случиться раз в миллион лет. Я не верю во второй
шанс.
Он лег рядом, она затрепетала от его близости. Жар его тела
снова коснулся ее кожи, растекся, просочился вовнутрь, и снова в
каждой клеточке воспламенилось, погнало горячие волны по спинному
хребту.
Она закрыла глаза, отдаваясь сладостному чувству. Этот мужчина
сильнее. Как хорошо это признать, как сладко и защищенно в его
руках!
Когда огненный шар прокатился по спине и ударил в мозг, у нее
вырвался крик, за который она убила бы себя раньше. Все тело стало
размером с галактику, а сейчас звезды и туманности полыхали жарким
огнем, все пространство горело в наслаждении. Она чувствовала его
руки, его губы, потом он что-то прошептал ей прямо в ухо, это было
очень эротично и вместе с тем успокаивающе, словно он губами
пощекотал перед сном ребенка.
Она улыбалась, летала с птицами, а когда распахнула удивленно
глаза, рыжеволосый герой сидел за столом, перед ним целый ворох
бумаг, он разглядывает их пристально и сердито. На лбу морщинка
стала глубже, а складки у губ отвердели и вздулись твердыми
валиками.
Диван под ней скрипнул. Олег тут же обернулся, в зеленых глазах
отражались искорки от люстры.
- Проголодалась?
- Я... - пролепетала она. - Я... спала?