"Джон Норман. Охотники Гора ("Гор" #8) " - читать интересную книгу автора

колокольчиков, прикрепленных к левой щиколотке молодой рабыни.
Самос был облачен в традиционное желто-синее одеяние рабовладельца. Он
и в самом деле считался самым крупным работорговцем в Порт-Каре и был
первым, старшим капитаном в городском Совете Капитанов, превратившемся после
низложения четырех убаров в высший руководящий орган Порт-Кара. Я, Боск,
глава дома Боска в Порт-Каре, также входил в Городской Совет. На мне было
белое, отделанное золотой нитью одеяние из тонкой уртовой шерсти,
доставленной из далекого Ара. Но под этой обычной одеждой торговца я носил
алую тунику воина.
В углу комнаты стоял на коленях широкоплечий человек могучего
телосложения. Его запястья были стянуты за спиной наручниками, цепь от
которых тянулась к ножным кандалам. По бокам от него с обнаженными мечами в
руках возвышались два стражника. Несколько недель назад на голове человека,
ото лба до затылка, выбрили полосу в два дюйма шириной. Сейчас его волосы
отросли, и выбритая полоса уже не так бросалась в глаза. К тому же ее
немного скрывала оставшаяся нетронутой густая черная шевелюра. Человека еще
не заклеймили. Но это был раб. Об этом свидетельствовал ошейник на его
горле.
Рядом с игральной доской опустилась на колени девушка. Ее тело едва
прикрывал клочок прозрачного алого шелка. Она носила снимающийся ошейник,
покрытый светло-желтой эмалью. Черные глаза призывно мерцали в тусклом
отблеске факелов. Она была красива и знала об этом.
- Могу я чем-нибудь служить, хозяева? - низким грудным голосом спросила
девушка.
- Паги, - бросил Самос, не отрываясь от доски.
- И мне, - ответил я.
С тонким перезвоном колокольчиков она удалилась. Я проводил ее
взглядом. Мимо стоящего на коленях, скованного цепями мужчины она
прошествовала типичной походкой рабыни, желающей привлечь к себе внимание:
высоко подняв голову и плавно покачивая бедрами.
В глазах человека сверкнула ярость. Послышался звон сковывающих его
цепей. Охранники не обращали на раба внимания; он не представлял собой
никакой опасности.
Девушка взглянула на него и рассмеялась, продолжая свой путь за пагой
для свободных мужчин.
- Твой тарнсмен под угрозой, - напомнил мне Самос.
Вместо того чтобы убрать фигуру, я защитил ее, подвинув убара на первую
клетку.
Самос снова сосредоточил все внимание на доске.
Я оглядел его загорелое, задубевшее от соленых морских ветров лицо и
широкий мощный затылок, облепленный жесткими седыми волосами. В ушах у него
покачивались тонкие золотые серьги. Даже сейчас, когда он был поглощен
игрой, в нем чувствовался пират, большого размаха работорговец и один из
лучших в Порт-Каре мастеров владения мечом.
Он не взял своим копьеносцем моего тарнсмена. Какое-то время он
внимательно изучал положение фигур на доске, а затем, усмехнувшись,
дополнительно защитил свой Домашний Камень, подвинув книжника к убару на
первую клетку, чтобы тот мог одновременно защищать тарнсмена на клетке три и
держать под контролем обе пересекающиеся здесь диагонали.
- Насколько мне известно, - сказал я, - Талена, дочь Марленуса из Ара,