"Анатолий Новиков. Дядя Митя - Айболит " - читать интересную книгу автора

пять тысяч. Выращивали здесь на конных дворах еще и породистых лошадей -
орловских рысаков и русских тяжеловозов.
За здоровьем беспокойного тысячеголового стада следили ветеринарные
врачи. Дядя Митя был у них главным.
Еще только начиналось утро, а озабоченный доктор Донников уже успел
побывать на скотных дворах и фермах. Всюду ему докладывали о том, что
случилось или не случилось минувшей ночью со здоровьем животных.
Домой доктор заскочил ненадолго - позавтракать и поразмыслить, как с
племянником жить будут.
Тем временем под окнами докторского дома шастала вечно голодная коза по
кличке Клеопатра Вторая и объедала молодые побеги. Именно она с горы
просматривала село бдительно и с пристрастием. Коза обожала порядок, любое
нарушение его извещалось пожарным блеяньем. Следила она попутно и за тем,
чтобы вдруг не объявился поблизости вечный ее гонитель - прораб
Честноганцев. Строитель гонял животное как Сидорову козу. Клеопатра сильно
обижалась на это. Ведь у нее был хозяин - старый и лукавый Хирон.
Честноганцев повсюду рассказывал о козе Клеопатре странные истории и
домыслы. Например, что однажды весной, испытывая очередной приступ голода,
коза сожрала, точно домашнюю лапшу, керамические водопроводные трубы, хотя
деревенские жители считали, что все это враки.
Трубы те долгое время покоились около правления колхоза без всякого
движения. Загадочной ночью, когда они исчезли, Клеопатру приметил близ места
преступления гражданин Честноганцев.
Прораб всенародно обвинил козу в съедении водопроводных труб. Заодно он
намекнул селянам, что три больших листа кровельного железа, пропавшие такой
же темной ночью год назад, - тоже на совести Клеопатры.
- Самая зловредная и ехидная особь - вот мой сказ! - утверждал прораб
слушателям.
Честноганцев так сильно махал руками, что с него слетела соломенная
шляпа. Ее отнесло ветром к козе. Клеопатра немедленно принялась жевать
головной убор.
- Стой, подлое жвачное! - бросился прораб к козе.
Клеопатра кенгуриными прыжками унеслась к реке.
Мужики, посмеиваясь, втолковывали Честноганцеву, что за одну ночь даже
более крупное и прожорливое животное не съест столько строительного
материала. Прораб Честноганцев в доказательство совал мужикам под нос
маленькие земляные орехи, просыпанные козой на протяжении чуть ли не
километра.
- Глина, замешанная даже на пшеничной соломе, не очень козам по
вкусу, - объяснял Честноганцеву дедушка Хирон, бывший глиняных дел мастер. -
Разве что в охотку единожды в год допускают в рацион питания. Но лично я не
видел.
- Африку же съели! - пугал доверчивых мужиков прораб, побывавший в
турпоездке. - Подчистую подмели растительность и дерн на знойном севере - от
Египта до Марокко. А трубы для них - семечки!
Земляки подробности про гибель африканской природы знали и примолкли.
Но дед Хирон, бывший кавалерист, ехидно рубанул, что думал:
- Точно такие же трубы, гражданин Честноганцев, в теплице твоей
прижились, а железо на гараже красуется. Ты бы стройматериалы поостерег, а
то, не ровен час, тля их скушает!