"Николай Огнев. Евразия (Повесть)" - читать интересную книгу автора

звонит. Бригадный командир изволил распорядиться всем дежурным офицерам
прибыть на зеленую горку...
У писаря рожа в очках: шшшляпа фетровая, ин-тел-ли-гент: из студен-
тов, наверно: нарочно без шапки пришел, чтобы честь не отдавать, сволочь
какая...
- Командир полка приказал.
- Изволил приказать, а не приказал. Тты!
- Изволил приказать играть по всем ротам тревогу к атаке.
- Кого атакуем? - точно так и надо, точно каждый день ночная атака.
- Обозначенного под литерой эн противника, ваше высокоблагородие.
- Стпай! Титуловать тебя не научили. Скажешь там вестовым, чтоб бежа-
ли по ротам насчет тревоги.
- Слушш-с, ваше высоко-бла-городие.
Нарочно растянул, мерзавец. Знает, что полагается титуловать по чину,
а не по должности. Сволочь.
И зевая до боли, на ходу вдевая ремень под погон - никак не вдевает-
ся, окаянный. - Арбатов мимо бараков по мерзлой земле в сладкий холодный
воздух, - а рожки уже пели, должно быть, писарь по первому разу послал
вестовых - в серую муть, - кой-где бегом, точно стегали по икрам.
- А Раздеришин? Сонная горечь во рту - ну, при чем офицерское слово?
Странный сон; правда, Раздеришин - выскочка и подлиза; но никогда себе
не позволит ни с того, ни с сего - по морде - тьфу, копоть во рту! - с
детства знаю Раздеришина - рожки-то, рожки заливаются, прелесть какая,
ночная атака, - а в полку про него говорят: пьет, как мортира, в железку
играет, как бог; ну, а все же, а все же - подлиза. Вот, про меня никто
не может сказать, что подлиза. Сегодня в запасном, а завтра на фронте, и
не на игрушечном фронте, а на самом, что ни на есть настоящем - со
смертью, со смертью, да-с, чорт подери, в атаку, на пули, на пули, а не
на облезлые манекены...
- Гоп, Арбатов!
- Тьфу, даже вздрогнул - вы тоже сегодня по полку, Махалин?
- Ну да. Выспаться, черти, не дают. Оптик, говорят, приехал?
- Да, наш полк идет в атаку -
- А все Раздеришин. Придумал, чорт его дери, эту комедию с фронтом,
Оптик и не дает покоя. Ведь, вы, Арбатов, кажется с детства Раздеришина
знаете? Ну, как он?
- Выскочка.
- По-моему, демона из себя строит. От окопов отбояривается. А мы
из-за него и бегай по ночам. Опять он вчера выиграл?
- Ну да, сорок пять рублей. Я не играл.
- Смотрите, смотрите, - ракета.
- Подумаешь, и вправду на фронте!
Голубая звезда торжественной маркизой в менуэте спускалась к глухой
сырой земле. Бараки кончились, прапорщики Арбатов и Махалин вступили в
полосу фронта поручика Раздеришина, за две тысячи верст от русско-гер-
манского фронта.

Должно быть, березовой почкой, должно быть, ландышем, должно быть,
весной имеет свойство пахнуть восемнадцатилетняя девушка, только Ва-
люська, садясь в поезд, заметила, что добро взял ее билет очкастый кон-