"Алексей Олейников. Мариам танцует" - читать интересную книгу автора

Клинок мелко дрожал в длани царевой, и по любовно отполированному
лезвию бродили багровые отсветы, а Ироду все чудилось, будто держит он не
меч, не саблю, но чашу, всклень, до краев наполненную кровью, болью,
пожарами, гневом и яростью.
И шепот Мариам не подымает даже ряби в этой чаше.
- Неужели слово великого Ирода ничего не значит?
Царь медленно отвел лезвие от тонкой шеи и долго, очень долго
всматривался в лицо Мариам, словно желая что-то узреть в ее расширенных от
страха зрачках, кроме своего отражения.
Так долго, что девушка, несмотря на всю свою дерзость, не выдержала и
опустила голову.
Она никогда не видела таких старых глаз.
И над Мариам, сосредоточенно изучающей кончики своих распущенных волос,
прозвучал пустой растрескавшийся голос четвертовластника Иудеи:
- У нас нет ничего, кроме слов. Ты сделала свой выбор, девочка.
Он стремительно развернулся, и, глядя на застывших в оцепененье гостей,
с кривой ухмылкой добавил:
- Веселитесь без меня, уважаемые. Я ненадолго отлучусь. Совсем
ненадолго.
И злым размашистым шагом вышел из залы, кивнув стражнику в дверях, чтоб
следовал за ним.

Пламя факела мечется из стороны в сторону, то, вытягиваясь узким
клинком, то, расплываясь широким огнистым полотнищем, и Ирод идет по
коридору.
Он идет, и слуги в ужасе разбегаются в стороны, лишь завидев тень его.
Слухи быстрее всего, а уж такие слухи:
Он идет, держа в правой руке томный изгиб обнаженной Смерти, и от века
безгласные каменные плиты тяжко вздыхают под стопой его, стараясь вжаться
как можно глубже, а воздух раздается под взглядом глаз его.
Впрочем, у Ирода больше нет глаз. Два провала в черно-огненную бездну,
где в рыдающем безумии сшибаются ярость, боль, тоска и долг.
Каждый в своей силе и правде.
И никто не виноват, только почему все плывет и качается, никого кругом
и топот за спиной все отстает, запыхался бедный солдатик, я должен, должен
я, что ж так больно то, Ты, Который Есть, видишь, я иду, сделай же
что-нибудь, останови меня, где же Мощь твоя, Сила и Истина, где, только
флейта, плач и ночь, почему так, почему, а какое на вкус небо?
:.
Дверь.
:.
Чуть не слетела с петель от удара, и тени шипящим клубком забились в
самый дальний угол, еще дальше, еще, лишь бы не видеть того ужаса, что
стоит в проеме.
Иоанн поднял взгляд от грязного пола и сказал:
- Здравствуй, царь. Я ждал тебя.
Ирод, вцепившись в косяк, глядел на пророка. Его шатало, сталь, зажатая
в побелевшем кулаке, плясала безумный танец, а трясущиеся губы никак не
могли выговорить:
- Я, я..