"Гай Юлий Орловский. Ричард Длинные Руки - коннетабль ("Ричард Длинные Руки" #16)" - читать интересную книгу автора

Гай Юлий Орловский

Ричард Длинные Руки - коннетабль

Часть 1

Глава 1

С напором и грохотом, словно в захваченную крепость, вошел в
натопленный зал громадный человек, поперек себя шире, гулко топал ногами,
стряхивая снег, хлопал широкими, как лопаты, ладонями по плечам. Обожженное
морозом широкое красное лицо стало похожим на закатное солнце.
- Хорошо, - проревел он гулко, - на дворе тихо...
Сэр Растер единственный, кто облачается в рыцарские доспехи с утра и не
снимает до вечера, иначе, мол, к лету, когда пора боевых подвигов, не сумеет
выбраться из-за стола.
Позванивая шпорами, он прошел к длинному столу, рыцари шумно пируют с
утра, облапил на ходу Митчелла, похожего на него больше, чем сын на отца,
покровительственно хлопнул по плечу Макса.
- Хорошо!
- Как скажете, сэр Растер, - ответил Макс почтительно. - Во дворе
упражнялись?
- Среди нас дураков нет, - гордо ответил Растер. - Особенно дураков
выходить в такую погодку. С крыльца на метель посмотрел, и хватит ей.
- Да, - согласился барон Альбрехт, - нечего ее баловать.
Растер с усилием всадил себя в тесноватое для него кресло, Альбрехт
любезно придвинул старшему рыцарю кубок побольше. Растер дождался, облизывая
крупные мясистые губы, когда темно-красная стру заполнит до краев, мощным
рывком поднял и мгновенно вылил в свой широкий рот, как в пропасть.
- За победы!
- Какие? - опасливо поинтересовался барон.
Растер отмахнулся и обеими руками придвинул к себе блюдо с жареным
кабаном.
- Всякие, - прорычал он. - Разные...
Подо мной кресло выше, чем у остальных, тоже указание на статус, но я
поглядывал на сэра Растера с острой завистью. Ему все понятно, он тверд и
прям, у него строгие жизненные установки, идет по жизни честно и праведно...
ну, насколько позволяют обстоятельства. И сэр Митчелл такой же, и сэр Макс,
и даже сэр Альбрехт, который каждым словом и жестом бахвалится, что его не
сдерживают никакие узы.
Сдерживают, еще как сдерживают! Это вот меня настолько не сдерживают,
чему сперва радовался, теперь печалюсь. Полная свобода - жутковато. Скрываю
от всех, даже от себя, что пугаюсь ответственности, оттого и дергаюсь,
поступаю иногда так, что потом от стыда горю: то нахамлю старшим и уважаемым
людям, то выкажу превосходство над простыми и чистыми женщинами, верными
нравственным нормам своего времени... не такими уж и тупыми, если так уж
честно, то вообще веду себя не адекватно обстановке...
И все оттого, что остальных что-то ведет, а меня - никто и ничто. Даже
самые что ни есть свободные люди на свете, странствующие рыцари, которые
никому не служат, только хранят верность своей даме, да и то не все ими