"Елена Переслегина. Альтернатива? Экранопланы! (Короткая повесть)" - читать интересную книгу автора

остальное оказывалось суетой.
Проект обещал быть быстрым. Фил взялся за расчеты, свалив всю
организацию на Петеньку, потому как генетика всему голова, а генезис всему
шея.
Петенька любил женщин, комфорт, деньги, хорошую компанию и выглядел
царем Природы, при этом он мог не спать, не есть и пахать до трех суток
вчистую и еще столько же на стимуляторах и только после зверел и вырубался.
Он был ценным сотрудником; он путал сроки, и в прошлом Проекте они по его
милости засыпали небольшой лесной массив до елочных верхушек, но он был
гением, а елки откопали эмчеэсовцы, которые имели должок и благоволили к
ОДИ. Еще Петенька дружил с Анваром: они поделили Богов и отпустили
Протоколы - непонятно было, понимает ли Петенька фарси так, как Анвар -
русский, но вот самого Анвара Петенька понимал прекрасно. Петенька
опаздывал везде, но все электронные игрушки, которые он носил с собой
постоянно, оглашали все виды молений Анвара. Биолог, не спрашивая группу,
останавливал машину, ложился на траву и слушал укомплектованного в
наилучшие CD Паваротти, пока Анвар творил свои молитвы. Петя презирал
филовских бардов за их детскую музыку, а слова к своей жизни с
удовольствием выбирал сам. Петенька всюду таскал за собой женщину Ляльку,
которая была красива, умна, языкаста и добавляла группе проблем. Еще
Петенька был генетиком и утверждал, что дети у него возьмутся только от
Ляльки и что ему лучше знать, а комплексы других, с позволения сказать,
ловеласов, кивал он на Фила, его не занимают.
Еще был Герберт. Он был всегда. Сколько себя помнил Фил, рядом с ним
стоял Герберт. Он откликался на Уэллс, а в детстве, почему-то на "берет".
Уэллс рано женился на красавице, любил ее спокойно и нежно, объездил с ней
всю Россию и близлежащую заграницу, был вечно мастерски прикинут и
возмутительно чисто выбрит, но образование имел восемь классов
околомузыкальной школы. Как журналист Уэллс умел все, кроме мордобоя.
Агрессивность других вызывала в нем такое искреннее остолбенение, что оно
иногда передавалось противникам. Фил всегда думал, что из Уэллса получилась
бы прекрасная женщина, гораздо лучшая, чем Ляля. Уэллс был вежлив и добр,
для жизни ему не требовались Протоколы: он заплывал в людей, как золотая
рыбка, и выплывал аккуратно, вроде и ничего не тронув, но смахнув ноющую
проблему шелковым хвостом. Его Дарька смеялась и говорила, что он святой.
Он радостно обнимал ее и был умеренно застенчив при этом.
- Ты, как это, - говорил Петенька, - гармоничен мирозданию, - и
мироздание согласно кивало в ответ. Однажды Дарька призналась, что за их
десятилетнюю супружескую жизнь Уэллс орал один раз. Ребята смеялись, Фил
принес ей расчетик на компьютерной розочке, утверждающий, что этим можно
пренебречь, и она, Дарья Альбертовна, может считать себя счастливой
абсолютно и бесповоротно. Дарья училась с Лялькой в одном классе.
Любить технических исполнителей "можно было необязательно". Они были
отдельно, и спасибо им было за это. Фил мог уважать человеков до
бесконечности, но любить, это - пас. Такая беда с ним уже однажды
случилась, и теперь вот он в месяц раз мчится на детский спектакль с
дальних концов страны и мира, потому что чудеса не путешествуют рядом с
нами, а живут своей отдельной творческой жизнью. Кто-то считал его
флегматиком, не обращающим внимания на временные трудности.