"Михаил Петров. Гончаров попадает в притон ("Гончаров")" - читать интересную книгу автора

голову "Столичной", в дверь позвонили условным кодом.
- Ты, свинья, почему не заплатил за телефон? - едва открыв дверь,
пошел я в наступление.
- Понимаешь, с бабками напряг...
- Не с бабками, а с бабами у тебя напряг, и с мозгами тоже. Заходи
уж...
Состроив виноватую рожу, он протопал на кухню и уселся на мое место.
- Зато, Кот, гляди, чистота-то какая, каждую неделю убирался.
- Так я тебе и поверил, небось своих шлюх заставлял. Небось все
постельное белье мне перепачкали.
- Кот, все простыни, наволочки добросовестно выстираны, тщательно
выглажены, аккуратно сложены. Посмотри в шифоньере. А вообще, не рычи,
самое главное я сделал точно и в срок - написанную тобой и тебя же
компрометирующую записку я уничтожил.
- Ну, тогда наливай!
- Это мы могем. - Юрка воспрянул духом и приволок из комнаты два
хрустальных стопарика. - Будем?
- Будем!
- Кот, а у меня к тебе дело, - зачавкав сарделькой, сообщил сосед.
- Шел бы ты... - поперхнулся я водкой. - От твоих дел разит моргом,
как сивухой от этой "Столичной".
- Да нет, на этот раз дело пустяковое.
- Все! Допивай и топай домой.
- Как знаешь.
Проснулся я под вечер, с похмелья, но в хорошем настроении.
- А что, Константин Иваныч, - спросил я себя сам, - не сходить ли нам
к нашей знакомой, тридцатилетней вдовушке Аннушке? Отчего же не сходить?
Можно и сходить. Путь не дальний. Вдова веселая, детьми не обременена.
Напитки первоклассные. Тело приятственное. Сходи, раб Божий Константин.
В девять вечера, постриженный и отмытый, в наилучшем фраке, я нажимал
кнопку звонка, которой не касался больше года.
"Дурак, - подумал я запоздало, - а вдруг она успела выскочить замуж?
Ладно, скажу, ошибся квартирой", - в последний момент, когда дверь уже
открывалась, решил я.
Мои опасения оказались напрасными, потому что за двойной дверью
гремела музыка, булькал хохот вперемежку с пьяными выкриками.
- Ба! Кто к нам пришел! - Полупьяная Анна орденом повисла на шее. -
Котик мой милый, совсем меня забыл, - размазывая по моей морде тушь и
губную помаду, причитала она. - Заходи, мой ненаглядный, всегда тебе рада.
Сейчас всех выгоню.
- А ты, кажется, курвишься?
- А что делать, Котик, тоска зеленая: "Посмотрите, я больная, жить
осталось мне так мало..."
- На таких больных еще жеребцов огуливать можно. Пропадешь ведь.
- Гляди, какой моралист. Вот взял бы да и женился, а то все вы сначала
оттрахаете, а потом мораль читаете. Скоты.
Гуляли давно, долго и качественно. Варварски разделанный поросенок
одним боком щерил ребра. Аккуратными горками прямо на скатерти лежала
черная и красная икра. Веселилось три пары. Одного из парней я узнал сразу.
Местный авторитет - Длинный Вован собственной персоной пожаловал в гости к